Книга Эскорт для ведьмы, страница 100 – Вероника Гроссман

— Ты, должно быть, голодна, ведь столько времени прошло. Как ты себя чувствуешь? Я очень переживала. Ведь ты так долго пребывала под чарами Паскаля. Да еще и этот перелет, – тонкой худой рукой Мари указала в сторону, где в темном углу, в большом кожаном кресле сидел высокий, мускулистый мужчина лет тридцати. По глубокому шраму на его шее, девушка с легкостью узнала своего похитителя. Мужчина посмотрел прямо в глаза Сабрины, скривил губы в подобии улыбки и кивнул в знак приветствия. И снова мысли потеряли верный ход, путаясь и исчезая. Тело начало терять чувствительность, а веки стали тяжелыми.

— Assez^[10], Паскаль! – грозно произнесла Мари и ударила тростью по полу.

— Итак, дорогая, я рада, что мы наконец-то вместе. Моя внучка должна жить в своем родном доме, – улыбнулась Мари и жестом пригласила девушку к столу.

Сабрина сделала несколько шагов в сторону стола, не отрывая глаз от притихшего Паскаля, который теперь улыбался и с жадным интересом голодного хищника следил за каждым ее движением и с нескрываемым вожделением рассматривал с ног до головы. Сабрина, не проронив ни слова, села на стул и попыталась разглядеть все, что попадало в поле зрения.

— Надеюсь, ты любишь утку с апельсинами? – учтиво поинтересовалась старшая ведьма и вновь улыбнулась. – Сегодня у нас, так скажем, семейный ужин в знак…

— Что Вам от меня нужно? – тихо спросила Сабрина, перебивая Мари и избегая пристального взгляда Паскаля.

— Что за глупый вопрос, дитя? – удивленно воскликнула Мари и поднесла украшенную массивными перстнями тощую руку к сердцу. – Я всего лишь хочу, чтобы ты жила дома, со своей семьей. Разве это плохо?

— Мой дом и семья в Новом Орлеане, – вымолвила Сабрина и с трудом проглотила ком подкативший к горлу. От нее не скрылось и то, как изменилось настроение Мари. Та громко фыркнула, сердито свела брови на переносице и с такой силой сжала рукоять трости, что побелели костяшки пальцев.

— Как вообще можно жить в таком пропитанном смрадом, грязном, шумном городе? И еще. Если ты считаешь это отродье своей семьей, то ты глубоко ошибаешься, дорогая. Вентерс никогда не был тебе родней. А этот самодовольный выскочка Корнэлл и подавно! И никогда не будет! Я этого не допущу, – сквозь зубы прошипела Мари и нетерпеливо стукнула ладонью по столу. – Сесиль! Прикажи Ивет подавать на стол! – приказала Мари и взяла графин с красным вином. Твердой рукой налила два полных бокала и протянула один из них внучке.

Одного мгновения было достаточно, чтобы Сабрина, наконец, смогла совладать с захлестнувшими ее страхами и прийти в себя. Гнев, который так яростно пытался вырваться на свободу, когда в комнате показалась Сесиль, готов был снова выплеснуться наружу.

— Не смейте, Мари! Я не позволю оскорблять моих близких! – с вызовом прошептала Сабрина. Она встала из-за стола и бросила беглый взгляд на хрустальный бокал с вином, который Мари, самодовольно ухмыляясь, только что поднесла к губам. В ту же секунду бокал треснул и разлетелся на мелкие осколки, осыпая ими изысканное платье старой де Маншанд. Вино мгновенно залило белоснежную кружевную скатерть и оставило на ней кроваво-алые пятна. Мари застыла от неожиданности, округлила глаза и в оцепенении уставилась на то, как капли багряной жидкости стекают на пол, обильно пропитывая подол ее роскошного наряда.