Книга Эскорт для ведьмы, страница 9 – Вероника Гроссман

Я представил бешеное лицо Сабрины, когда ее братец явится домой со всем звуковым сопровождением, без которого он никак не сможет обойтись. И… И мне ничего не оставалось, кроме как броситься на спасение тонущего в алкоголе друга. Я нашел его в одном из баров на Бурбон-стрит. Мне несказанно повезло, так как Эрик был почти в сознании. Пьяный в хлам, но в сознании. Какая-то девчонка-хиппи повесила на его шею бусы с Марди Гра^[3] и украсила левое ухо ярко-розовым искусственным цветком. Эрик с трудом поднял голову, когда я подошел к нему, и даже умудрился выдавить жалкое подобие улыбки.

— Жизнь – говно, – обреченно констатировал он. И дыхнул на меня таким перегаром, что у меня заслезились глаза. Да, зрелище было как минимум скорбным, когда я тащил его к выходу под плачевные звуки музыки, доносящиеся из колонок.

Всю дорогу до его дома я молил Бога лишь о двух вещах. Первая – чтобы его не вырвало в моей машине. Вторая – чтобы Сабрина была на работе. Она работала барменом в одном из баров Французского квартала, и я смутно припоминал ее жалобы на то, что во время наплыва туристов работы у нее прибавилось вдвое. На крайний случай я желал, чтобы она спала так крепко, что мы бы с ней не успели столкнуться в вечной словесной баталии, конца которой не наблюдалось и не предвиделось. Эта красивая девчонка не просто не любила меня. Она ненавидела меня! Вот только за что? Так как ответа на этот вопрос я не находил, то старался отвечать ей взаимностью, но получалось как-то не очень. Точнее, совсем не получалось. По ее словам, я был чем-то вроде настоящего посланника дьявола, который пришел на Землю, чтобы отравлять жизнь ее брату, а заодно и ей самой. Проблема состояла еще и в том, что ее брат придерживался совершенно противоположного мнения и видел во мне своего спасителя.

Когда мы уже почти подъехали к Садовому кварталу, Эрик резко открыл глаза и в панике прижал пальцы к губам. Это был верный признак того, что он экстренно нуждается в свежем воздухе. Я высадил его рядом с домом, чтобы избежать порчи салона своего любимого и еще совсем новенького автомобиля, и отъехал, чтобы развернуться. Пока я разворачивался и искал место для парковки, этот болван не просто вошел в дом, он сделал это с таким грохотом, что было слышно даже на улице. Я мгновенно замер. Тишина. Никаких криков, воплей или нравоучений. Отлично! Значит, наша маленькая фея еще не вернулась с работы. Оставалось только свалить это пьяное существо подальше от нее в его спальне и успеть ретироваться до ее возвращения.

Но, как вы помните, дальше все пошло не по плану. Она была дома.

Джек достал новую пачку сигарет и снова закурил.

Только сейчас он начал понимать, что в ее поведении тогда на кухне было что-то странное. Она не набросилась на него с упреками, не стала говорить гадости, молча взяла ключи, когда он помогал Эрику «дойти» до его комнаты. Он стал вспоминать, как она стояла у окна и смотрела в темноту пустыми, уставшими глазами. Она казалась такой хрупкой, почти невесомой, с бледным лицом и спутанными волосами, которые падали на ее тонкие, ссутуленные плечи. В тот момент она выглядела такой беззащитной… А когда она повернулась и посмотрела на Джека, в ее огромных синих глазах было столько боли и печали… И дело было не только в усталости. Вся горечь и боль, которую она переживала после смерти деда, отразились в этом взгляде. Джек почувствовал, как что-то больно сжалось у него внутри. Он тоже тяжело переживал уход старого Вентерса. Ведь тот был его родным дедом. Чего Сабрина, конечно же, не знала. И Джеку не хотелось дожить до того момента, когда вся правда всплывет наружу.