Книга Синь-камень: лекарство от одиночества, страница 62 – Татьяна Снежко

Бежала я по тропинке вдоль озера и никак не могла найти поворот от него. Озеро казалось бесконечным. Каждый раз, когда я поднимала глаза, передо мной мелькали искаженные тени. Казалось, пространство и время переплетены в калейдоскопе невероятных образов. Но я продолжала бежать, не замечая усталости и боли в ногах.

Наконец я увидела едва различимый силуэт дома вдали. Он показался мне очень знакомым, и я с радостью ускорила шаги. Приближаясь к рестобару, оглянулась и посмотрела на озеро. Дым рассеивался, солнце низко катилось к закату – и вдруг я услышала громкий голос девушки-экскурсовода, приглашающей туристов к автобусу.

Моя дорожная сумка одиноко стояла на пороге рестобара, и я решила прихватить ее с собой, раз все равно мимо иду. Что уж добру пропадать?

Услышав за дверью громкие голоса, остановилась. А вдруг и Ярик там? Он единственный нормальный человек в этой глуши, хоть и бабник. Пусть этот бабник и накормил меня какой-то отравой, все равно я его великодушно прощаю. Хочу увидеться с этим красавчиком напоследок и запомнить его в цвете. Может, нарисую его потом в очередной книге.

Я смело открыла дверь и вошла внутрь. За столиками было пусто, но зато у барной стойки обнаружились двое полицейских, которые о чем-то громко разговаривали с Яриком. Красавчик выглядел обеспокоенным. Полицейский достал из папки несколько фотографий и разложил их на барной стойке.

Жгучее любопытство заставило меня приблизиться и посмотреть, что происходит. Всего лишь одним глазком, быстро взгляну и побегу к автобусу. Присела за стойку, притворилась, что заинтересована меню и стала разглядывать его, подняв достаточно высоко, чтобы все видеть. Полицейские совершенно не обращали на меня внимания, поэтому я заглянула через плечо рядом стоящего.

На фотографиях были мужчины, дети, женщины разного возраста.

— А эта пропала последней. – Полицейский выдвинул вперед фотографию девушки, и я оторопела. Настенька? Так, значит, она и правда не вернулась в Питер и вместе с этими людьми пропала здесь, у Синь-камня… Я не хотела в это верить.

— Гражданин Волков, повторяю, по словам свидетелей, последним местоположением каждого из пропавших лиц был этот поселок, – с некоторым раздражением в голосе сказал полицейский.

— Я тоже вам повторяю: все эти люди благополучно уехали отсюда, – тихо произнес Ярик и добавил: – Живыми и здоровыми.

— Они не вернулись к себе домой. Их родственники заявили о пропаже. Если вы не готовы ответить, где все эти люди, то нам придется вас задержать по подозрению в убийстве. Прошу не оказывать сопротивления и проследовать за нами.

Ярик посмотрел на меня голубыми глазами и улыбнулся. Его подозревают в убийстве, а ему весело? Ярик, ты что, в самом деле маньяк? Нет. Я не могу в это поверить. Я не хочу в это верить! Но вопреки моим ожиданиям, красавчик молча пошел за полицейскими.

— Подождите! – выкрикнула я и, спешно слезая со стула, уцепилась за рукав полицейского. – Он не виновен.

В тот момент я была так в этом уверена, что буквально чуяла эту самую невиновность всеми фибрами души – словно внутри меня губка, впитывающая чужие эмоции.

Полицейский спокойно посмотрел на меня и твердо протянул:

— Уберите руки. Уважаемая, вы кто?

— Я его знакомая. И я чувствую, что он не виновен.