Книга Ведьмочка в Академии Магов 4, страница 45 – Оксана Гринберга

Но ждала она совсем других новостей.

— Какая же это глупость! – выдохнула Эвинира, подумав о состязаниях.

Затем в очередной раз силой заставила себя остаться на балконе, хотя застывшее над крепостными стенами солнце раздражало непривычные глаза.

Она стояла и смотрела на величественный, залитый светом город, которым правил Ильдар Иллариан. Заодно понимала, что раз за разом возвращается в мыслях именно к нему.

Куда бы ни посмотрела, о чем ни подумала – Эвинира снова и снова начинала размышлять о короле Элеона, из-за которого и прибыла в эту страну, едва узнав о совершенном на него покушении.

Но ни ее, ни лучших целителей Ноктарии, которых Эвинира привезла с собой, так и не допустили к Ильдару, хотя она пыталась к нему пробиться. Вместо этого королева Ноктарии натыкалась на глухую, хотя и вежливую стену дипломатического отказа.

И еще на ненависть со стороны жены Ильдара, королевы Аделин, на нее она тоже постоянно натыкалась, хотя Эвиниру такое лишь позабавило.

Она смотрела на ужимки молодой Светлой королевы с ледяной насмешкой на лице.

Глупая Светлая, крутилось у нее в голове. Она даже не представляет, что такое ненавидеть изо всех сил!

Потому что Темные умели делать это как никто другой. Так же сильно, как они могли любить.

Именно это чувство испытывала Эвинира к Ильдару Иллариану, она все поняла еще в Ноктарии.

И пусть между ними пролегла пропасть в два десятка лет расставания, пусть они принадлежали к разным мирам, пусть потеряли ребенка, а границы их королевств постоянно сотрясали войны, в которых виноваты, по большей части, были они сами, но…

— Какие новости ты мне принес? – не поворачиваясь, спросила Эвинира у своего советника.

Тот тоже вышел на балкон, но застыл в тени.

Пусть Эвинира не видела его лица, но она подозревала, что Оливер Гансье, сильнейший Темный маг, сейчас моргал из-за яркого солнца. Его глаза слезились, и он выглядел как недовольный ночной сыч, разбуженный среди светлого дня.

— Моя королева… – раздался его голос, заставивший Эвиниру насторожиться.

Она резко повернулась.

У них было полным-полно шпионов, которым Ноктария щедро платила за интересующие сведения. Имелись агенты и во дворце Илларианов, что позволяло Эвинире быть в курсе всего, что происходило с Ильдаром.

Королева знала и то, как его лечили, и то, что состояние короля из тревожно-стабильного перешло в привычно-стабильное. И даже то, что уже скоро его собирались вывести из магического сна.

Ильдара надеялись вернуть к жизни, но теперь…

— Король Элеона при смерти, моя королева, – прошелестел советник. – Скорее всего, его отравили. Возможно… Есть подозрение, что это был яд черной мамбы.

— Кто?! – выдохнула Эвинира раньше, чем поняла, что это был вопрос напуганной внезапными ужасными новостями женщины, а не королевы. – Конечно же, это сделали его враги, которые выпустили в него стрелу. Они решили довершить начатое, а эти… – ее голос был полон гневного презрения. – Эти Светлые в очередной раз допустили подобное!

Развернувшись и не дожидаясь подтверждения своих слов от советника, королева направилась к своим покоям.

— Куда вы, ваше величество? – раздался позади нее голос Оливера Гансье.

Он все прекрасно понимал, и его вопрос был исключительно риторическим.

— Если они не пустят меня к Ильдару… Меня с тобой, потому что ты – сильнейший целитель Ноктарии, – добавила она, – то Все-Магические состязания начнутся здесь, в этом конкретном дворце. И я не советую ни одному Светлому стоять на моем пути!