Книга Адептка вне закона: Иллюзия Света для Темного Лорда, страница 81 – Анастасия Смирнова

Когда главный гонг известил об окончании раунда, на моем счету было три активированных алтаря из пяти. Боевики Кросса плелись с арены, серые от злости и болотной жижи, а трибуны факультета Иллюзий скандировали мое имя так громко, что у меня заложило уши.

Инквизитор Малакор покинул ложу еще до официального объявления результатов, со всей дури хлопнув дверью. А Кассиан... Кассиан лишь бросил на меня один-единственный взгляд перед тем, как исчезнуть в вихре Тьмы. Взгляд, от которого по спине пробежала волна предвкушающего жара.

Я выдержала этот день. Но знала, что настоящая битва ждет меня впереди.

— Нет, ты видела? Ты видела его лицо?! — Тильда в десятый раз за вечер мерила шагами нашу комнату, размахивая подушкой как победным знаменем. — Кросс теперь до конца семестра отмываться будет! Эли, ты мой кумир. Если ты выиграешь финальный этап, я лично выбью у декана разрешение повесить твой портрет в Большом холле. Рядом с основателями!

— Избави Бездна от такой чести, — застонала я, утыкаясь лицом в колени.

Всё тело ломило от дикого перенапряжения. Магия Пустоты внутри капризничала, требуя отдыха, а левое плечо, хоть и исцеленное королевской мазью, всё равно неприятно тянуло.

«Портрет — это неплохо,» — одобрительно хмыкнул дедушка Барнаби, раскачиваясь на люстре в виде призрачного облачка. — «Главное, чтобы художник правильный ракурс подобрал. И чтобы на заднем плане обязательно был поверженный Блэквуд. Очень освежает интерьер, знаете ли».

— Деда, Блэквуд меня пришибет раньше, чем художник сделает первый набросок, — пробурчала я, косясь на часы.

Полночь. Время, когда Академия засыпает, и просыпается... ректорская инспекция.

Мои мысли невольно вернулись к вчерашнему поцелую. Губы до сих пор помнили его требовательное, властное прикосновение. Кем мы были друг другу? Ректор и незаконная студентка. Хранительница и Каратель. Мы должны были ненавидеть друг друга по всем законам логики, но вместо этого...

Тильда тем временем сладко зевнула, бросила подушку на кровать и потянулась.

— Ладно, героиня Болот, я спать. Завтра у нас по расписанию теоретическая магия у профессора Шарпа, а он не прощает опозданий даже триумфаторам Турнира.

— Да, я тоже сейчас лягу, — соврала я, дожидаясь, пока подруга укроется одеялом и закроет глаза.

Убедившись, что Тильда мирно сопит, я тихонько сползла с кровати. Накинула темную мантию, проверила, на месте ли фамильный медальон, прячущий мое истинное ядро, и подошла к окну. Сердце колотилось в каком-то шпионском ритме. Кассиан не прислал записку сегодня, но внутри меня жило четкое, почти осязаемое знание: он ждет.

Я скользнула за дверь, растворяясь в полумраке спящих коридоров.

Академия ночью всегда выглядела иначе. Каменные стены словно дышали накопленной за день магией, портреты бывших ректоров тихо похрапывали в своих рамах, а из кабинета алхимии доносилось подозрительное бульканье. Я двигалась бесшумно, используя тени как укрытие.

Возле башни ректора я резко затормозила, едва не выдав себя вскриком.

У массивных дубовых дверей, ведущих в приемную Кассиана, прохаживался... инквизитор Малакор. На нем был тяжелый дорожный плащ, а в руках он держал странный артефакт, похожий на костяной компас, игла которого хаотично вращалась.

— Ищи, дрянь такая, ищи... — бормотал Малакор, пиная компас, когда тот застревал. — Где-то здесь фонит этой проклятой Пустотой. Блэквуд что-то скрывает. Не мог этот девчоночий кусок аномалии сам по себе выдать такой контур на арене...