Книга Библиотечный шпион, страница 32 – Маделин Мартин

* * *

Верный своему слову, Джеймс возник у дверей ее квартиры ровно в девять утра, так что Ава почти пожалела, что накануне дала ему свой адрес.

— Невозможно начать день в Лиссабоне без bica и pastéis de nata, – заявил Джеймс, галантно предлагая ей руку. Ава оставила этот жест без внимания, тем более сегодня она надела более устойчивые туфли и не нуждалась в поддержке.

— Мы не на свидании, – напомнила она.

— И в мыслях не было. – Джеймс опустил руку, приняв чопорный вид, которому противоречил веселый огонек в глазах. – Просто пытаюсь проявлять вежливость.

Ава поправила свою зеленую шляпку, украшенную белыми цветами – яркое дополнение к бледно-желтому платью-рубашке.

— И с вашего позволения я ограничусь чаем.

Он притормозил, пропуская летящий мимо и сигналящий трамвай.

— Мы в Португалии, так что выпьем bica.

— Строго говоря, чай – тоже национальный португальский напиток, – возразила Ава.

— Это потому, что в семнадцатом веке Екатерина Брагансская вышла замуж за Карла II? – Джеймс устремился в просвет в потоке машин. Ава посмотрела на него с интересом.

— Вообще-то да.

— Не стоит удивляться. – Джеймс свернул за угол. – Я знаю родную историю так же хорошо, как любой британский мальчишка, но, хотя и ценю ваше внимание к национальным британским пристрастиям, сам с удовольствием начинаю утро с чашечки ядреного кофе. Тем более, готов спорить, вам еще не выпадала возможность попробовать местные сорта.

Понятное дело, он угадал.

В кафе, куда они пришли, стены были обшиты полированным деревом и увешаны зеркалами, а на стойке красовался какой-то хитроумный механизм, издававший шипение и бульканье. Они расположились за маленьким столиком на двоих у самых дверей, где свежий апрельский ветерок обдувал колени Авы и играл с подолом ее юбки. Подошел официант, и Джеймс обратился к нему на безупречном португальском и говорил так быстро, что Ава не уловила ни одного слова из немногих ей известных.

Нечасто она оказывалась в ситуации, когда не знала языка, на котором шел разговор.

— И сколько вам потребовалось времени, чтобы выучить португальский? – поинтересовалась Ава и услышала, как в ее голос, слово ядовитый дым, вплетаются нотки зависти.

— Он довольно скоро к вам прицепится, – заверил Джеймс, положил ногу на ногу и устремил взгляд на оживающие улицы. – Я должен извиниться за обстоятельства нашей первой встречи. Подразумевалось, что мой упрек – всего лишь шутка.

— Шутка не удалась.

Он тепло усмехнулся.

— Это очевидно.

Официант принес поднос с корзиночками из теста, полными подрумяненного крема, и двумя фарфоровыми чашечками не выше мизинца Авы.

«Ядреный» по отношению к bica было лучшим определением, потому что бодрящий заряд целой кружки кофе втискивался в чашечку размером с наперсток со скромной россыпью пены поверху. Джеймс, очевидно, эту пенку попросил снять и теперь засыпал в чашку такую щедрую порцию сахара, которая вызвала бы инфаркт у любого американского поборника здорового образа жизни.

Но все-таки на Аву куда большее впечатление произвели pastéis de nata – корзиночки из нежного теста с начинкой, запеченной до золотистого цвета.

— А вы знаете историю их происхождения? – кивнул Джеймс в сторону угощения.

Ава взяла одну из них с подноса, удивившись, какая она тяжелая.