Книга Огненное сердце, страница 32 – Маделин Мартин

— С удовольствием, лорд Чарльз.

Он протянул ей руки, и она вложила в них свои, в тонких перчатках.

Очарование интимного момента разрушил возглас Лотти:

— Замечательно!

Чарльз мгновенно отпрянул. Что он делает? Ведь перед ним дочь Вестикса. Он здесь только ради того, чтобы получить от нее тетради. С чего он вдруг стал млеть от одной ее улыбки?

— Леди Элеонора была великолепна. – Лотти захлопала в ладоши, словно находилась в опере и наблюдала увлекательное действие, а не заурядный разговор. – Вы смогли расслабиться и стать такой, какой и должны быть: искренней и доброжелательной. Я следила за выражением вашего лица. Один такой взгляд на мужчину дает понять, что он важен для вас. Он будет восхищен, заинтригован и сосредоточен только на вас.

Похоже, Лотти хорошо понимала, как формируется мнение мужчин. Чарльз постарался не придавать ее неожиданно точной оценке большого значения и не обижаться.

Леди Элеонора потупила взгляд, принимая похвалу с положенной скромностью.

— Мне помогли ваши советы, Лотти.

Она повернулась к Чарльзу, собираясь что-то сказать, но ей помешал стук в дверь. Вошел лакей и сообщил, что подан экипаж миледи.

— Уже прошел час? – воскликнула та.

— К сожалению, – пожала плечами Лотти. – Нам ждать вас завтра?

От возбуждения Элеонора немного криво надела светлый парик.

— Да, пожалуй. И мне бы очень хотелось повидать котят.

Лотти засмеялась, а Чарльз поймал себя на мысли, что улыбается от предвкушения новой встречи.

— Разумеется, вы еще их увидите. – Лотти поправила девушке парик – блеклые, невыразительные локоны скрыли роскошные рыжие волосы.

Когда леди Элеонора ушла, Чарльз повернулся к Лотти и увидел, что она стоит перед ним, подперев рукой бедро, и смотрит с хитрой ухмылкой.

— Сегодня вы были в ударе, ваша светлость. – Она склонила голову, и взгляд ее стал кокетливым. – Полагаю, ты изменил мнение о леди Элеоноре.

Нет же! – сказал он себе. Пусть и с очаровательной улыбкой, но она по-прежнему дочь графа Вестикса. Впрочем, он сочувствовал ей, ведь у них обоих были сложные отношения с отцом. Лотти известно, что цель его сближения с леди Элеонорой – получение дневников путешествий, видимо, она теперь предполагает, что не единственная.

Чарльз стряхнул с рукава фрака шерсть котенка и неопределенно хмыкнул. Лотти склонила голову и впилась в него острым взглядом. У нее был такой вид, будто она знала то, что неизвестно ему. Откровенно говоря, это немного раздражало и нервировало герцога.

Следующим вечером Чарльз не торопился. Он не хотел появляться у Лотти раньше времени, чтобы вновь не стать предметом для изучения и не слушать ее рассуждения, касающиеся его интереса к леди Элеоноре. Даже мысль об этом казалась герцогу абсурдной, отец определенно перевернулся бы в гробу.

— Тебе удалось продвинуться в сборе сведений о камне? – спросила Лотти, когда они уселись на диване в гостиной.

Слуга, как обычно, поставил на маленький столик рюмку хереса.

— Она к вину даже не притрагивается, – отметил Чарльз.

— Но может однажды захотеть притронуться. – Лотти пожала плечами и вновь переключила внимание на гостя. – Я так понимаю, твой ответ о камне – нет.

Он перебрал содержимое всех ящиков и не нашел ничего полезного, впрочем, не очень-то на это и надеялся. Отец давно бы рассказал ему о местонахождения рубина, если бы это для него самого не составляло тайну. Нужные дневники определенно остались у Вестикса.