Книга Алчный, страница 28 – Рианна Бервелл

— Я тоже, — отвечаю я, все еще глядя на него в ожидании.

— Я знаю, что это так, но для меня все по-другому, — отвечает он, и его глаза становятся ледяными. — Он подходит к чему-то, что принадлежит мне, пытается это украсть, и мне это просто не нравится, — отвечает он, подходя ближе, разворачивая меня за плечи, так что я снова оказываюсь лицом к окнам, наблюдая, как Грег возится с телефоном в своем магазине.

— Что ты делаешь? — спрашиваю я тихим голосом, но меня охватывает волнение. Мне нравится, когда Джекс становится таким, собственническим, отчаянным, жадным. Вместо того чтобы говорить, он толкает меня в спину, так что я сгибаюсь в талии, и я просто следую его примеру, отчаянно пытаясь понять, к чему это ведет, отчаянно желая слушать, потому что знаю, что когда я слушаю, как правило, получаю вознаграждение. Он толкает меня, пока мои руки не упираются в стекло, моя щека прижимается к холодной поверхности, заставляя дрожь пробежать по моему телу, ощущение полностью контрастирует с жаром его тела, прижатого к моей заднице.

— Преподаю ему урок, — говорит он низким голосом, практически рыча мне на ухо, его тело прижато к моему, его член упирается в мою задницу, уже твердый, как камень. Я чувствую, что начинаю промокать, отчаянные мысли обо всем, что мы могли бы сделать в пустом магазине, проносятся в моей голове, поглощая меня.

Я так поглощена размышлениями «что, если», что не чувствую, как его рука ныряет мне под рубашку, расстегивая лифчик. Я не чувствую этого, пока мои сиськи не вываливаются наружу, когда он снимает с меня лифчик, вытаскивая его из рукавов моей рубашки. На мне маленький укороченный топ, свободный, который почти не скрывает мою большую грудь, и я оглядываюсь на него, совершенно сбитая с толку, мой разум не в состоянии связать все воедино, и я чувствую себя глупо из-за этого.

— Джекс, что ты делаешь? — я фыркаю, мои руки все еще прижаты к стеклу, мое дыхание затуманивает его передо мной. — Грег, блядь, увидит нас, — выдыхаю я, и тут что-то щелкает, и в ту же секунду, как это щелкает, я чувствую, как мои брови приподнимаются, а по спине пробегает волна удовольствия.

Я никогда не была сторонником публичного секса. Я ни в коем случае не против этого, но это никогда не было чем-то, что меня заводило, но это, идея трахаться перед Грегом прямо через дорогу, идея о том, что Джекс предъявляет права на меня перед ним, показывая ему, кому я принадлежу, вызывает во мне желание, отчаянное желание, чтобы Грег поднял глаза и посмотрел, как другой мужчина трахает меня, как его конкурент по бизнесу трахает меня.

— В этом весь смысл, — бормочет Джакс мне на ухо, подтверждая именно то, о чем я подумала. Его дыхание теплое, и от него мою кожу покалывает, все мое тело кажется слишком чувствительным, слишком нуждающимся. Я выгибаю свою задницу навстречу ему, отчаянно нуждаясь в любом трении, отчаянно желая, чтобы он покончил с поддразниваниями и наконец трахнул меня так, как намеревался, когда завязывал мне глаза сегодня вечером.

— Ты этого хочешь, жадная девчонка? Ты хочешь, чтобы он наблюдал, как я трахаю тебя до смерти, заявляя права на тебя прямо здесь, у него на глазах? — говорит он легким, почти насмешливым голосом, и я облизываю губы, в моем горле внезапно пересыхает, желание полностью поглощает каждое мое нервное окончание. — Тебя заводит сама мысль об этом? Так же, как и меня? — спрашивает он, затем прижимается своим членом к моей заднице, твердость очевидна. Я закрываю глаза, удовольствие уже пронизывает меня. Это простое прикосновение, но все, чего я хочу, это большего. Я чертовски отчаянно нуждаюсь в этом на данный момент. — Отвечай мне, когда я говорю с тобой, — говорит он, его голос становится ледяным, требовательным, и я клянусь гребаным богом, что могла бы кончить от одних его слов, потирая свой клитор, пока он говорит непристойности мне на ухо, добиваясь от меня оргазма за оргазмом.