Книга Приют искушений, страница 17 – Люси Кинг

— Я не хочу, чтобы из-за меня ты стал потерян для общества. И не хочу портить твою репутацию. Что скажут в свете, когда узнают, что у тебя появилась соседка по квартире, беременная твоим ребенком?

— Не говори глупостей, Миа. Наш ребенок — это самое важное для меня, — заверил Зандер, открывая дверь и отступая в сторону. — Я сделаю все, что в моих силах, чтобы он был в безопасности. И следовательно, ты тоже. Я обеспечу для вас самое лучшее медицинское обслуживание, позабочусь о твоем комфорте. У меня прекрасная библиотека и домашний кинотеатр. Скажи, чего тебе хочется, и я все устрою. Твое желание — для меня закон.

Он замолчал, и в наступившей тишине Миа со вздохом тоски подумала, что на самом деле все это звучало божественно. Когда в последний раз о ней заботились? Она не могла даже вспомнить. Первые признаки слабоумия у ее матери появились летом после того, как ей исполнилось одиннадцать, хотя официальный диагноз поставили гораздо позже, и с этого момента их роли поменялись.

Только Миа поддерживала все в порядке, пока ее мать становилась все более недееспособной. Она ходила по магазинам, убирала, стирала и готовила. Она придумывала отговорки для любопытных соседей и бесконечные благовидные предлоги для того, чтобы не ходить в школу. Она делала все возможное, чтобы продолжать притворяться, что все в порядке, потому что боялась столкнуться лицом к лицу с неизвестной и неопределенной реальностью.

Так почему же она так противилась предложению Зандера, хотя так мечтала о заботе и об отсутствии необходимости беспокоиться вообще о чем-то? Потому, что это был скорее приказ, чем предложение, а она привыкла контролировать свою жизнь? Потому, что после почти двадцати лет самозащиты она подозревала, что на самом деле может счесть это внимание немного удушающим?

Что ж, ей, вероятно, следует привыкнуть время от времени уступать контроль, если они собираются растить ребенка вместе. Им придется быть вместе долгие годы, а значит, нужно узнать друг друга получше, и разве не проще, если они будут жить по соседству? Разве короткий период совместного проживания — не прекрасная возможность обсудить будущее? А библиотека и кинотеатр действительно звучали заманчиво.

— Сколько у тебя спален? — спросила Миа.

— Есть три гостевые комнаты, можешь выбрать любую.

— Отлично. А кухня?

— Нетронутая. Огромная и очень хорошо оборудованная.

— Я могу пользоваться плитой?

— Пользуйся чем угодно.

— Тогда ладно, — сказала Миа и села в машину.

Раздав указания своим помощникам отменить все планы на оставшуюся часть недели, Зандер тем же вечером перевез Миа в пентхаус в центре Лондона. Он не хотел рисковать. За шесть месяцев с момента знакомства он ни разу не видел, чтобы она спокойно сидела на месте. Эта женщина постоянно была в движении, работала на пределе человеческих возможностей. Он заметил некоторую переменчивость в ее поведении за пределами больницы, что наводило на мысль о том, что, предоставленная самой себе, она может принимать неразумные решения. Кроме того, он полагал, что чем скорее она благополучно устроится в одной из гостевых комнат, тем скорее он сможет заставить ее передумать о браке.

Однако теперь, когда привел Миа к себе, он чувствовал растерянность.

— Тебе нужно что-то конкретное? — спросил он, ставя ее единственный чемодан и дорожную сумку у двери гостевой комнаты.