Книга Экспресс в Рождество, страница 70 – Эльма Троу

Алиса принялась собирать вещи в сумку.

— Что ты делаешь? – спросил Даниил.

— Собираюсь уехать, – ответила она коротко.

— Два часа ночи, Лисс. Это глупо. К тому же больше половины пути уже пройдено, – произнес он и подошел к ней ближе. – Давай спокойно сядем и просто согреемся.

Он осторожно забрал у нее из рук расческу и положил на прикроватный столик. Мельком Алиса увидела в зеркале свое распухшее и заплаканное лицо.

— Но я должна ехать, – прошептала она.

— Сейчас я тебя точно никуда не пущу. Садись, Лисс, – он подвел ее к кровати и усадил на край.

— Прости, не нужно было тебе это видеть. Я ужасна, – Алиса потерла глаза.

— Нет, Лисс, ты не ужасна, – Даниил протянул ей кружку. – Все хорошо.

Некоторое время они молчали. Алиса видела его мокрые носки и штаны и понимала, что сейчас ему холодно и неприятно. И переодеться он не может. Даниил заметил ее взгляд.

— Не беспокойся об этом, не сахарный, не растаю, – произнес он, улыбнувшись. – Лучше скажи мне, твой отец всегда был таким?

— Нет, – Алиса отпила немного какао, чтобы унять дрожь и погреть саднящее горло. – Моя мама сильно заболела, когда я была маленькая. А потом умерла. С тех пор он боится за меня и контролирует все мои шаги. Медицинские обследования я прохожу дважды в год, чтобы, если вдруг у меня обнаружится рак, вовремя можно было взяться за лечение. Каникулы я провожу дома, чтобы ему было спокойнее.

— Неудивительно, что ты сбежала, Лисс, – проговорил Даниил. – Я бы поступил так же.

Алиса вопросительно посмотрела на него.

— Ты так говоришь, чтобы утешить меня.

— Нет, – оживился Даня. – Я тебе серьезно говорю. Мы с тобой можем рассуждать здраво. Давай этим и займемся.

Алиса кивнула.

— Тебе уже полных двадцать лет, правильно? Сама подумай, ты вправе решать, на что тебе тратить деньги, куда тебе ехать и как жить. Ты же не можешь вечно быть рядом со своим папой. Я прекрасно понимаю, что он хотел уберечь тебя, и это правильно. Медицинские осмотры – тем более. Однако, Лисс, он должен понимать, что в какой-то момент ему нужно будет отпустить тебя. Ты запустила этот процесс, и я думаю, что стоило сделать это еще раньше.

— Я причинила ему столько боли, Дань.

— Сепарация – процесс не из приятных, как пластырь от ранки отрывать. Причем это работает и в сторону детей, и в сторону родителей. Тебе больно оттого, что ты так поступаешь с отцом, ему больно оттого, что ты больше не его маленькая Алиса, – улыбнулся Даниил.

— Так говоришь, будто сам через это прошел, – сказала она, опираясь о спинку кровати.

— У меня случилось подобное в прошлом году. Мы сильно с мамой из-за этого поссорились. Я не хотел отмечать день рождения дома, потому что теперь у меня был друг, с которым я планировал поехать в горы. Я был вправе выбирать и выбрал. Но я стараюсь не забывать родителей, пишу им иногда. Банально, просто идешь, видишь что-нибудь красивое, закат, например, сфотографировала, послала. Родителям приятно, что ты их помнишь. У нас даже семейный чат есть.

— Мы с папой общаемся очень сухо. Он работает с военными и привык, когда все по сути. Будет сложно, – произнесла Алиса.

— А кто говорил, что будет легко, Лисс, – ответил ей Даниил с улыбкой. – Не волнуйся, вы со временем обязательно помиритесь.

— Правда?

— Правда.