Книга Подарок принцу химер, страница 31 – Катерина Траум

— Боже, Эйден, пожалуйста!

Мольба в её голосе всё-таки вынудила меня слегка отстраниться, вспомнив о своих обещаниях. Я должен заслужить её безоговорочное доверие, прежде чем идти дальше. Если бы она не была невинной, я бы, возможно, и плюнул на все условности. Но моя цель — стать не просто её первым мужчиной, а единственным.

— Да, прости, — дышал я как можно глубже, пытаясь восстановить баланс в лёгких: — Ты просто сводишь меня с ума, котёнок.

Она невесомо поцеловала меня в скулу, словно извиняясь, но ей совершенно не за что. Я прекрасно понимал, что ей нужно время, и не какая-то жалкая неделя. И готов был ждать столько, сколько потребуется.

— Я хочу тебя, — вдруг прошептала она мне на ухо, вызывая дрожь своей неожиданной открытостью. — Очень. Просто должна быть уверена, что тебе нужно не только это.

— Глупышка, — усмехнувшись, я чмокнул её в нос, разряжая обстановку и вызывая ответный тихий смех: — Ты и сама знаешь, что это не так. Давай договоримся: как только будешь готова, просто попроси.

— Хорошо.

Остаток ночи мы так и спали, прижавшись друг к другу (я всё-таки уговорил её надеть мою майку, чтобы не соблазняла меня зазря). Тесно переплетаясь ногами в так и не снятых джинсах и дыша одним воздухом на двоих. А утром я молча уехал, не став её будить и не имея ни малейшего понятия, когда снова смогу увидеть своего котёнка. В надежде, что мой ход конём окажется выигрышным.

* * *

Это было кричаще смело, безрассудно и, абсолютно точно, продиктовано далеко не разумом. Высокий пожилой мужчина, чьё лицо избороздили морщины, расслабленно развалился за большим дубовым столом, сложив на него ноги. Его охрана кивком позволила мне приблизиться, и я положил перед ним свой презент в простой блестящей лаком деревянной коробке.

— Наградной Кольт «Navy» с оригинальной гравировкой, — пояснил я на вопросительный взгляд: — Как подарок к нашему знакомству, мистер Венделл.

Пришлось пожертвовать семейной реликвией Ридов, доставшейся от прадеда-морпеха. Но он всё равно служил отцу подставкой под пепельницу.

Выдержал на себе тяжёлый взгляд Эллиота, который со вздохом откинул крышку коробки и одобрительно кивнул:

— Хм, даже с набором патронов и в идеальном состоянии. Что ж, ценю. Как говоришь, тебя зовут?

— Эйден Рид.

— Паренёк Джонни Рида… — он задумчиво погладил пальцем рукоять револьвера. — Оставьте нас. У нас с этим мальчиком есть тема для разговора, — его указание тут же выполнили, и вся охрана удалилась из кабинета. Эллиот отодвинул ящик стола и достал пару толстых сигар: — Садись, Рид. И почему я думаю, что речь пойдёт о неком Амадеусе, который задолжал мне кучу бабла?

— Интуиция у вас отменная.

Скрывая внутреннюю усмешку, я принял гостеприимное приглашение. Как же это оказалось до смешного просто: даже такие ублюдки любят получать подарки в канун Рождества…

Однажды огни пёстрых гирлянд превращаются в обычные лампочки, сверкающая мишура в лишний мусор на полу, а живая ель только вызывает тяжкий вздох от необходимости собирать опавшие иголки. Свечи и игристые пузырьки в бокалах становятся просто источником пламени и дешёвым алкоголем. Одни и те же рождественские фильмы по ТВ набивают оскомину, а не вызывают ностальгию. Это значит, что ты просто повзрослел. Что все символы праздника — это только внешняя оболочка, за которой обязательно должно быть что-то большее. И когда поймёшь, что оно непременно есть, начинаешь относиться к Рождеству по-новому. Видеть самое главное. Поразительное единение всех окружающих тебя людей, охваченных одним духом, одними заботами. И самых близких, тех, с кем готов разделить Сочельник.