Книга Два шага навстречу любви, страница 39 – Джосс Вуд

— А потом? Что, если мы очертим границы, которые нельзя нарушать, а потом нарушим их?

В ее голове зарождаются такие же мысли, как у него! Странно и… страшновато. Он снова притянул ее к себе.

— Милая, давай двигаться постепенно. — Он погладил ее по спине, легко похлопал по ягодицам и отошел, хотя ему пришлось нелегко. Она была такая мягкая, душистая — рядом с ней кровь у него закипала. — Мы упустили возможность поесть бургеры и посмотреть кино под открытым небом.

— Хочешь вернуться к Мэтту? — спросила Джейми.

Она, очевидно, возвращаться не хотела. Он взял ее за руку и поскорее вывел из спальни, хотя ему очень хотелось сорвать с нее красивое платье и уложить в постель.

— Давай устроим свой киновечер — прямо здесь.

Джейми шла за ним босиком по коридору; они вернулись в гостиную. Она направилась на кухню; в солнечном свете от окна ее платье стало почти прозрачным. Он видел очертания ее ног…

Его желание не ослабело от того, что она ждала от него ребенка — ни в малейшей степени. Он по-прежнему хотел ее, и собственная страсть его изумляла. Судьба свела их вместе, запутала в липкой паутине, но он не пытался разорвать эту связь, не вырывался.

Ему нравилось быть там, где он находился.

Что безумно его пугало.

Джейми проснулась на диване. Платье измялось, на лице наверняка складки от подушки… Она несколько раз моргнула, зевнула и оглядела темную гостиную.

Остатки их ужина, состоявшего из пиццы и попкорна, были убраны.

Джейми приподняла голову, прислушиваясь к звукам, доносящимся из кухни. Тишина. В доме пусто. Она нажала кнопку смарт-часов. Почти три часа ночи. Интересно, когда ушел Роуэн и почему она не слышала, как он уходит?

И не помнила, как заснула…

Она встала и подошла к парадной двери — проверить, заперта ли. Дверь оказалась запертой. Она выглянула из узкого застекленного окошка сбоку и нахмурилась, увидев, что дорогая машина Роуэна по-прежнему стоит у нее на дорожке. Она увидела, как на водительском сиденье что-то пошевелилось. Потом он включил фары; рокот мотора нарушил тишину сырой и теплой ночи.

Джейми приложила ладонь к двери, собираясь распахнуть ее и позвать его назад, в дом. Зачем? Что она от него хочет?

Машина задом выехала с дорожки, и она опустила руку и прижалась лбом к деревянной двери. Три часа ночи. Время безумия и волшебства, капризов и глупостей.

Она не могла — не хотела — открывать дверь и звать его в дом. И не станет писать ему сообщение с просьбой вернуться.

Иначе она сойдет с ума.

«Джейми, будь благоразумной!» Все уже не так, как вчера.

У них все изменилось. Они не могут встречаться, получать друг от друга то, что им нужно, и расходиться, мило улыбнувшись и помахав рукой.

Она ждет от него ребенка…

Которого скоро потеряет.

Джейми прижалась к двери спиной и медленно соскользнула на пол. Прислонилась щекой к согнутому колену и заставила себя думать.

Они не любовники и… что бы ни предлагал Роуэн… не друзья. Во всяком случае, пока. Потому что дружба требует доверия и открытости, чего ни у него, ни у нее нет. Он неразговорчив. Она почти ничего не знает о его прошлом. Он случайно обмолвился, что рос в патронатных семьях. Джейми понимала, почему он так неразговорчив, не может раскрыться: она и сама была такой.

Сердце у нее было заперто на замки и цепи после смерти Кейдена; в нем хранились воспоминания. Она могла говорить с кем угодно на целый ряд тем, но делиться своими потаенными мыслями не могла.