Книга Мой идеал, страница 10 – Сандра Мартон, Кристин Григ

— Все в порядке. Я подожду за дверью.

Он остановил ее, положив руку на плечо.

— Николь, ты что-то хотела, так ведь?

— Мне нужны мои вещи.

— Понятно. А я думал, ты хочешь поговорить.

— О чем?

О чем? У Шарля Франсуа потемнело в глазах. Как она может такое спрашивать?

— О нас, — сдержанно ответил он.

— О нас? — Николь недоуменно подняла брови. — Я думала, что все предельно ясно. Нашему браку конец — это было понятно уже давно. Я просто первая заговорила об этом.

Шарль Франсуа не верил своим ушам. Неужели она говорила серьезно?

Овладев собой, он ответил:

— Конечно, ты права.

В ответ Николь выдавила улыбку:

— Я только… только не знаю, что следует делать дальше.

— Я тоже. — Он медленно продолжил одеваться. — Ну, видимо, для начала следует связаться с адвокатом.

— С кем? — Она как будто не поняла его. — А, ну да, конечно. Нам потребуется один адвокат?

— Нет, каждому свой, — объяснил Шарль Франсуа вежливым тоном. — Почему бы тебе не взять Роже Бертье?

— А как же ты?

— За меня не беспокойся — я найду кого-нибудь еще. А тебе лучше иметь дело с человеком, которого ты знаешь. — Шарль Франсуа был даже чересчур любезен.

— Да, конечно, но…

Господи, да что это с ней? Какое ей дело до мужа, который скоро станет бывшим? Это его проблемы, в конце концов.

— Например, Марка Мюррея.

— Кого?

— Ты должна помнить его — вы встречались пару раз, когда я учился в адвокатской школе. Он помог мне найти место в жизни.

Помнила ли она? Те времена трудно было забыть. Шарль Франсуа полдня проводил на занятиях и ночами сидел за книгами, а она работала официанткой в бистро. Маленькая обшарпанная квартирка с подтекающими кранами и тонкими, как бумага, стенами в мансарде.

И счастье… счастье быть женой Шарля Франсуа Дюмона. Каждое утро просыпаться рядом с ним и каждую ночь засыпать в его объятиях.

— Николь…

Ее глаза были полны слез. Шарль Франсуа подошел ближе и улыбнулся, погладив ее по щеке.

— Ты думаешь о тех временах, о нашем семейном гнездышке в Латинском квартале?

Николь усмехнулась. Неужели он думает, что ностальгические воспоминания заставят ее броситься в его объятия и поверить, что она для него что-то значит?

А ведь когда-то она действительно была ему самым близким и любимым человеком. Теперь же для него важнее деловые встречи и знакомства, которые «могли бы пригодиться в бизнесе».

— О нашей убогой квартирке с отстающими от стен обоями и соседями, включающими телевизор на полную громкость? Да, такое не забудешь!

Для Шарля Франсуа это стало последней каплей — его терпение лопнуло:

— Я смотрю, процесс пошел.

— О чем это ты?

Улыбка исчезла с его лица.

— Послушай, детка, не строй из себя дурочку. Половина твоих подруг разведены. И получили неплохую компенсацию за «страдания и невзгоды» семейной жизни.

Николь не верила своим ушам, но, мило улыбаясь, ответила:

— Замечательная идея! Надо будет обсудить это с Роже.

— Вот и хорошо. А теперь, если тебе больше нечего сказать, дай мне спокойно одеться в моей комнате.

— В твоей комнате? — Николь пришла в ярость. — «Твоя комната» ждет тебя, мой дорогой почти экс-муженек, в твоем офисе или в одном из отелей, где ночевал чаще, чем дома. Но только не здесь. Уж если, как ты говоришь, «процесс пошел», то дом я тебе ни за что не уступлю.

— Ну уж дудки! — последовало в ответ. Наглый тон Шарля Франсуа окончательно вывел ее из себя: