Книга Я с тобой дальше, страница 22 – Екатерина Никандрова

В детстве родители каждое лето отправляли меня в загородный лагерь. Марта оставалась с нашей бабушкой, мама не отпускала ее в лагерь, как мы вдвоем ни умоляли ее. «Марта еще слишком мала для лагеря, может быть, через пару лет, Марк, а ты будь взрослее, не дразни сестру!»

На прощанье расстроенная Марта поцеловала меня, встав на цыпочки, и вложила мне в ладонь маленький самодельный бумажный конвертик, шепнув «прочитаешь потом», а я приподнял ее на руки, как делал обычно, и поцеловал в макушку: «Не сдавайся, Марти, мы еще съездим вместе в лагерь, я буду скучать!»

Я всегда устаю от большого количества посторонних людей, но в моменте – мне хорошо в толпе, я рад вниманию, рад верховодить и выделяться. Такой интровертный экстраверт, это про меня. В первое же лето я быстро освоился и с радостью гонял с мальчишками в футбол, играл в волейбол, участвовал во всех спортивных соревнованиях в лагере и пел под гитару у костра вместе со всеми каждую субботу. Когда темной летней ночью сидишь у костра и смотришь в небо, раскинувшееся над нами бесконечностью, а в нем – миллионы звезд. И вверх медленно взлетают маленькие тлеющие кусочки пепла – кажется, что ты попал в какую-то другую Вселенную…

Все шло своим чередом, но однажды моя жизнь вдруг совершила крутой поворот. В тот день после обеда я беспечно шел по дорожке, жуя зеленое яблоко и пиная носком кроссовка каждый встречный камешек. Мысли в моей голове крутились вокруг завтрашнего футбольного матча с командой соседнего лагеря, старательно обходя тот момент, что я не капитан команды, а всего лишь защитник.

«Эх, и почему мне только 12!», – в этот момент мне не посчастливилось пнуть довольно крупный камень, от чего я запнулся и чуть не упал, а поднявшись, вдруг увидел впереди, справа от дорожки, девчонку. Она мирно сидела на заборе спиной ко мне, что-то негромко напевала и, наверняка, хотя я видел только ее спину и пару растрепанных косичек, болтала ногами в свое удовольствие.

У каждого мальчишки бывают такие моменты, когда как будто черти надирают выкинуть что-то этакое. Как будто демон с левого плеча говорит: «А что будет, если?» И ты говоришь ему: «Да, действительно, а давай-ка проверим!»

Нехорошо кидаться яблоками в кого бы то ни было, а тем более в безобидных на вид девочек лет десяти, которые к тому же даже ничего тебе не сделали.

Девчонка ойкнула, обернулась и уже молча смерила меня негодующим взглядом, а потом молниеносно, как змея, соскользнула с забора и бросилась ко мне, схватила за плечи – да какая она сильная – и так потрясла, что казалось, было слышно, как мои веснушки застучали друг об дружку. От неожиданности я чуть не упал и только чудом удержался на ногах.

— Никогда больше не смей так делать, понял? – она смотрела на меня исподлобья, вытирая со щек слезы вперемешку с пылью.

Я примирительно поднял руки ладонями вперед: «Все, все, сдаюсь, прости!»

Мне вдруг стало и смешно, и как-то странно не по себе, пока я разглядывал ее, на голову ниже меня, с растрепанными косичками, измазанным лицом, но такую смелую и решительную.

— Ладно, на первый раз прощаю! И хватит пялиться на меня!

— Я не пя… Ну, ладно.

— Что, испугался? То-то же! Кстати, я – Анна, – внезапно ее лицо озарилось улыбкой, и она протянула мне свою маленькую грязную ручку, которую я, сам удивляясь себе, пожал.