Книга Я с тобой дальше, страница 39 – Екатерина Никандрова

— У вас прекрасный дом. – говорит Марта входя и осматриваясь, и небрежным грациозным жестом вешает свою куртку на спинку кресла.

— Спасибо. У нас не очень убрано сегодня, прошу прощения, проходите на кухню, я сейчас включу Эмме мультики.

— Мамочка, кто это? – спрашивает меня Эмма, когда я в ванной помогаю ей мыть руки.

Я мысленно решаю сложную задачу, говорить ли правду, которая вызовет тысячу вопросов в ответ, о тете Марте, которая почему-то потерялась на десяток лет, а теперь вдруг, о, чудо, нашлась. В самый неподходящий момент! Или соврать, учитывая, что возможно Эмма видит тетю Марту в первый и последний раз. На решение задачи у меня пара-тройка секунд. Я решаю сказать полуправду.

— Это тетя Марта, она пришла попить со мной чаю, пока ты посмотришь мультики в гостиной.

— Мм, – тянет Эмма. – А кто тетя Марта, твоя подруга?

— Да, милая, вроде того.

Когда я захожу на кухню, Марта без всякого стеснения рассматривает наши семейные фотографии на стене. Я тихо стою в дверях, рассматривая ее в ответ. Они с Эм действительно очень похожи: тот же разрез глаз и тот же цвет волос, только у Марты волосы длинные, до лопаток, высокий рост, и что-то неуловимо схожее в манерах и выражении лица.

— Анна? – Марта заметила, что я стою в дверном проеме и рассматриваю ее также бесцеремонно, как она – наши фотографии. – Наверно, нужно было купить какой-то подарок для Эммы, но я так внезапно сорвалась, из Н. до вас путь неблизкий.

«Наверное, нужно, – говорю я ей мысленно. – А может и нет. Все зависит от того, надолго ли ты в нашей жизни, Марта. Ведь если надолго, то ты еще успеешь купить десяток плюшевых мишек, а если на один раз – то твои подарки Эмме не нужны вовсе».

— Удивительно, – продолжает Марта, внезапно переходя на «ты». – Эмма очень похожа на Марка, а вот тебя я совсем не такой себе представляла!

— Ну надо же? И какой же «совсем не такой»? – я изо всех сил пытаюсь убрать с лица саркастическое и кислое выражение, но мне это, видимо, плохо удается.

Марта вдруг смеется, и я с горечью отмечаю еще одно их сходство с Марком.

— Брат плохо отзывался обо мне, да?

— Вообще-то, нет. Прости, Марта. Я не знаю, знаешь ли ты, что Марк ушел. Я, честно говоря, совершенно потеряла равновесие за последнее время, ты должна меня понять. Может быть, чаю?

Марта кивает утвердительно и одновременно говорит: «Да, я знаю, мама сказала мне, поэтому я и приехала».

Мы пьем свежезаваренный чай с кусочками фруктов и ягодами, я слышу, как мультяшные персонажи спорят и смеются в соседней с нами гостиной, и как Эмма, играя в куклы, разговаривает то за одну, то за другую.

На кухне же царит напряженное молчание. Наконец Анна нервно поправляет волосы (снова привет, Марк).

— Это долгая история, Анна. Но я хотела бы предостеречь тебя и помочь тебе. Что бы там кто ни говорил тебе, и даже сам Марк, я люблю своего брата. И я не хочу, чтобы он потерял еще и тебя, как потерял когда-то меня.

— Но? Вообще-то, Эм говорил мне, что это ты сама … уехала?

— Бросила его? О, да. Но это он поставил меня в то безвыходное положение. Черт, так странно! Его так давно нет в моей жизни, с тех пор, когда еще никто не называл его Эм. Скажи, Анна, ты знаешь, что видит Эм? Или я должна рассказать тебе об этом?

— Я знаю, – я поморщилась, в чае мне попалась кислая ягода.