Книга Осеняя прогулка, страница 10 – Лия Этвуд

Когда он снова встал в очередь, прошло всего несколько минут, прежде чем трактор вернулся. Майла выбрала стог сена с правой стороны и плюхнулась на него. Его мама села с одной стороны от нее, а он — с другой. Человек, управляющий аттракционом, давал указания через мегафон. На ферме действовали три правила: во время движения оставаться на месте, держать руки в пределах рамы фургона и веселиться.

Майла взвизгнула от восторга, когда трактор поехал вперед, а затем выровнялся, и ее затрясло на ухабах. Она схватила охапку сена и бросила в него.

Он моргнул, когда сено попало ему в лицо и защекотало в носу. Хотя он должен был это предвидеть, он был поглощен мыслями о Пейдж. Вспомнив, как весело было играть с сеном, он ухмыльнулся, собрал все, что смог, и бросил это в Майлу.

Его мама цокнула языком.

— Вас двоих невозможно куда-либо отвести.

На этот раз он был готов и сосредоточен, увидел блеск в ее глазах и руку, спрятанную за спину. Он приподнял подбородок.

— Что это у тебя там, мам?

— Вот что. — Она взмахнула рукой и бросила в него сеном.

Вся компания в фургоне присоединилась к веселью. В воздухе раздался звон смеха.

Уэс откинулся назад, наблюдая, как его мама и Майла общаются со своими соседями, которые сидели рядом с ними. Их широкие улыбки и заливистый смех наполнили его сердце счастьем. Последние несколько недель были тяжелыми. По правде говоря, месяцы. Если быть до конца честным, он мог бы даже сказать годы. Зависимость Дженны и ее жизненные проблемы сильно повлияли на них обоих.

Он давно не видел, чтобы его мама так радовалась жизни, и это давно следовало сделать. Даже Майла не выказала ни малейшего недовольства с тех пор, как они приехали, что само по себе было чудом.

Они подъехали к тыквенной грядке и стали ждать своей очереди на разгрузку. Он вышел первым, затем опустил Майлу на землю. Мама вышла последней и приняла его руку, чтобы он помог ей спуститься.

— Я хочу пройти в конец. Там по-прежнему все самое лучшее, потому что никто не хочет проделывать весь этот путь пешком, — убежденно заявила Майла.

Он не мог придраться к ее логике — она казалась ему логичной, — но не хотел, чтобы его мама перенапрягалась.

— С тобой все будет в порядке?

Она кивнула с улыбкой.

— Сегодня хороший день.

— Тогда давай найдем самую большую и вкусную тыкву в округе. — Он схватил Майлу за руку, и они пошли по тропинке между полями.

На полпути Майла вырвалась.

— Я нашла ее.

Они с мамой обменялись удивленными взглядами. Выбирать тыкву было все равно, что выбирать рождественскую елку. Половина удовольствия заключалась в поиске, и выбор первой попавшейся тыквы редко оказывался окончательным. Несмотря ни на что, они последовали за Майлой к краю поля.

В нескольких дюймах за линией, частично спрятавшись за большим зеленым листом, сидела тыква, весившая, по его оценкам, фунтов двадцать или больше. Она была симметричной, и с того места, где она лежала на земле, он не заметил никаких плоских пятен.

Майла провела рукой по оранжевой мякоти.

— Видите, эта самая классная.

— Это очень мило, но не хочешь ли ты поискать еще? Возможно, найдется что-то гораздо лучше. — Нежные мамины наставления остались без внимания.

Дерзкий изгиб подбородка Майлы подсказал им, что она выбрала именно эту тыкву и никакая другая не подойдет.