Книга Я никогда не..., страница 23 – Валентина Мельникова

На следующий день я мучалась в размышлениях: идти, не идти… Если пойду, подумает ещё, что я специально всё это выяснила.

Решила всё же идти. Ну человек я или нет? Вдруг его и проведать некому, кроме родителей? Друг вон, смотрю, не сильно-то интересуется. И вообще, узнать бы, что с ним случилось.

После пар купила стандартный набор продуктов и поехала в третью больницу. В окошке спросила, как мне найти Зуева Константина. Подсказали. Отправилась в хирургическое отделение. Внутрь не пустили, сказали ждать в приемном покое.

Я ожидала, что он выйдет какой-нибудь бледный, хромающий, с синяками под глазами и чуть ли не при смерти. Приготовила всю свою жалость и пообещала самой себе не хамить и не скандалить.

Но он вышел словно ни в чем не бывало: в спортивных штанах и синей футболке, не хромой, не косой… И что с ним тогда случилось? Здесь же люди лежат после операций?

— Привет, - нерешительно произнесла я, протягивая ему пакет. – Вот, узнала, что ты ту, решила прийти проведать.

Только, пожалуйста, не спрашивай, как узнала и почему пришла!

Он кивнул.

— Что с тобой?

Он хмыкнул, задрал низ футболки, обнажая заклеенный левый бок.

— Аппендицит? – предположила я.

— Аппендицит справа. Ножевое ранение.

— Где это тебя угораздило? – округлила глаза я.

— Вот так, - хмыкнул он. – Упал. На нож.

— А если серьезно?

Он отвернулся и недовольно сжал губы – не хотел говорить.

— Ладно, как хочешь, - быстро ответила я, ощущая досаду, но он перебил меня.

— Стычки из-за расхождений в вопросах бизнеса.

— С кем?

— Какая разница?

— Это ведь уголовно наказуемо!

Костя недовольно на меня покосился, словно говорил: «А-то я не знаю!».

— Понимаешь, есть такие люди в любом бизнесе, которые не умеют договариваться. А есть люди, которые не привыкли уступать. И когда такие люди сталкиваются между собой, происходят не очень приятные события.

— Ты что – тоже? – опешила я.

— Что – тоже?

— Ну, с ножом был.

Он усмехнулся и покачал головой, мол, ты невыносима.

— Ты вообще как себе это представляешь? Что у нас дуэль была?

— Ну… как рассказываешь, так и представляю, - огрызнулась я в ответ, забывая о данном самой себе обещании.

— Нет. Ну порезали меня чуток, с кем не бывает. Уже зашили и скоро выпишут.

— Только не говори, что всё так и останется. Что ты не стал писать заявление в полицию, и при этом останешься при своем, что повлечет за собой очередную угрозу.

— Вот это ты завернула, - засмеялся он.

— Это не шутки!

— Мы встретились в маршрутке… - напел он, явно не разделяя моей тревоги.

— Костя!

— Что, малыш? Ты за меня волнуешься?

— Тебя же могут убить! – никак не отреагировала я на «малыша».

— Ну не убили же. Что ты там принесла, давай есть.

И сколько я не пыталась вернуться к этой теме – всё было бесполезно. Костя упорно её избегал, делая вид, что не слышит, кормил меня из своих рук, затыкая рот… Пришлось так и уйти ни с чем. Но на сердце было тревожно.

Выписали его через день, так что больше в больнице я не появлялась. Он сам написал мне об этом в очередной эсэмэске. Да, мы же теперь с ним переписывались! Причем активно. И даже в сообщениях ухитрялись ругаться.

Так продолжалось неделю. Я всё ждала приглашения погулять или «нечаянной» встречи, а Костя ушел с головой в работу, в которой итак уже был простой. Да ещё и эта раритетная машина, из-за которой он теперь ходил «дырявый» - с его же слов. Всё же слово за слово мне удалось выманить из него информацию. Оказалось, какой-то влиятельный бизнесмен, бывший «крышей» в лихие девяностые, задумал купить машину далеких лет за сущие копейки, но Костя честно сказал владельцам, что, если машину привести в хорошее состояние, её можно продать за огромные деньги. За свою справедливость и честность он и получил ножом в легкое. К счастью, не слишком сильно. И, более того, угрозы продолжали поступать до сих пор! Я правда не видела повода для смеха. Костя просто не понимал, что играет с огнем!