Онлайн книга «Веселые каникулы мажора»
|
— Что? — Кто, что? Уши тебе на что? Деда Андрей посмеивается в усы, а я придумываю, как бы достойнее ответить. Но пока набираю воздух в легкие, тонированное стекло задней двери опускается и женский голос тянет: — Давай скорее, Ааандреей!.. Глава 03 Лето 1998. Андрей. На асфальте мелом Ты рисуешь лето, Ласковое море Трогаешь ладонью. Воду, воздух, время, (Маленькую тайну) То, чего не знаешь, (Никому не скажешь) И беспечной птицей В небо улетаешь. © «Иванушки International» — «Тополиный пух» Со смесью удовольствия и странной радости рассматриваю взбешенную Ваську. Хотя… Какая она Васька, позвольте? Невысокая, изящная, офигительно красивая девушка с волосами цвета мёда, плавящегося на солнце. Дух захватывает от увиденной картинки! И даже то, что мы в двух шагах от нашего дома, меня не останавливает. Плюхаюсь обратно на сиденье и подмигиваю деду, наблюдающему на нами со стороны. Когда только я успел выйти? Не заметил, поглощая волны эмоций, по которым, как оказалось, безумно соскучился. Отрезвляет, как ни странно, голос Марины. Хотя… Что значит, «странно»? Закономерно: она моя девушка, я привез её знакомить с родными, а сам поплыл, стоило увидеть заклятую подругу детства. Не, так не пойдет! — Давай, дед, мы домой, а ты тогда Василису подкинь, да? Снова берусь за ручку, чтобы совершить обратное недавнему действие. Со стороны выгляжу, походу, как неадекват, скачущий то в салон, то из него. — Вместе прокатимся, заодно Шурке спасибо скажешь. — Нуууу, — тяну, хотя и так понятно, что отказом не ответишь. Пыхтящая то ли от злости, то ли от жары Василиса устраивается сзади, хмуро кивнув Маринке. Та платит взаимностью. Повернув к себе зеркало заднего обзора, вижу поджатые губы своей девушки, и… Залипаю на прикушенной губе Васьки. Хотя какая она Васька… А, да. Это уже проходили. Кажется… Мозг, ау⁉ Жара жарой, но утекать никуда не надо. Растираю лицо, словно только проснулся, и возвращаю зеркало в исходное положение. Пока занимался самокопанием (а если откровенно, страдал хренью), успели подъехать. Уютный дом ни капли не изменился, разве что… — Перекрасили? Раньше же вроде зеленый был? — Давно уже, — отзывает Василиса ровным голосом. Странно, что мирно. Первой выходит из машины и терпеливо ждёт, когда я достану ей из багажника сумку с продуктами. Хмыкаю изобретательности деда, успевшего подстелить под сетку тряпку. Улыбка сама собой расползается шире, когда в тряпке (чистой!) узнаю ту самую простынку. Каракули до сих пор не отстирались, тусклыми чернилами напоминая про желание маленькой Васи украсить моё постельное бельё. — Тоже помнишь? — Нет. Спасибо. Пока. Рада была… Вася обрывает себя на полуслове, дергая сумку, но я не расцепляю пальцев. — Донесу. Заодно поздороваюсь. Я же для этого приехал. Нагло двигаю за прямой спиной, то и дело соскакивая взглядом не туда, куда должен смотреть. Однозначно палящее солнце действует на меня губительно. Отвык, вот и… припекло… Баба Шура, выскочившая на крыльцо, перетягивает моё внимание, давая передышку. Объятия, поцелуи в макушку, для чего приходится практически сложиться в два раза, причитания на тему, как «вырос и возмужал мальчик», снова объятия… Когда процедура повторяется по третьему кругу, сзади раздаются шуршащие шаги и в поле зрения возникает Маринка. |