Книга Девочка из прошлого, страница 171 – Аля Драгам

Саша стоит на носочках у зеркала, рассматривая себя и пытаясь собрать волосы в разные прически. Мне нравятся абсолютно все. А ее одолевает дикое желание стянуть это платье и… Все прошедшие дни я держал себя в руках. Но сейчас контроль дал сбой. Изнутри разрывает и давит тревога, чувства к принцессе обострились до предела. Я готов рвать и метать, что и делаю, срываясь на окружающих. В офисе даже мухи избегают пролетать мимо.

— Иди ко мне?

Я больше не хочу вариться в собственных мыслях и страхах. Мне нужна передышка. Мимолетная. С ней. С моей родной, моей единственной. Моей Сашей. Иначе я просто не вывезу. Балансирую на краю.

Тяну руки, нетерпеливо сминая ткань.

— Давид, не порви. Ты чего такой нетерпеливый?

Лучше тебе не знать, какие демоны сейчас жрут мою душу. Помоги мне, дай мне своего света…

— Соскучился, — хриплю в губы. И все.

Все меркнет. Одежда летит в сторону, руки переплетаются, а дыхание становится одно на двоих. На долгие прелюдии выдержки не хватит, поэтому чувствуя готовность малышки, вхожу в нее и не могу сдержать хриплого стона. Прогоняя отчаяние, подвожу нас к границе и сталкиваю вниз. Мы летим, задыхаясь в чувствах, судорожно впиваясь друг в друга. Саша громко кричит, сокращаясь вокруг меня. Перед глазами фиолетовые круги и бешеный стук сердца, отдающий в уши. Выравниваю дыхание, подхватывая любимую на руки. Несу наверх.

— Сегодня не будем спать, малышка. Готова?

Зеленые темные глаза застывают на моем лице, сияя такой любовью, что сердце не справляется с нагрузкой от эмоций.

— Да.

Саша.

Что-то произошло той ночью или утром, когда я встретила Давида в саду. Он замкнулся, смеется, словно через силу, и смотрит на меня с такой тоской. Эту тоску, мне кажется, я могу протянуть руку и потрогать. Передумал? Это, наверное, самый верный вариант. Так радовался рождению ребенка у друга, с таким трепетом и нежностью относится к Даше и Маше. Ему не просто хочется, он создан для настоящей, полноценной семьи. С детьми и любящей женой. А я из всего могу дать только свою любовь. Но на ней далеко не уедешь, если уже сейчас мы вернулись к точке отсчёта.

Едем домой и я, задумавшись, проваливаюсь в сон. От нервов внутри уже ничего не осталось, держусь на честном слове, но с каждым часом ощущаю, что вот-вот и от меня ничего не останется. Наверное, так будет лучше всем. То, как мужчина отстранился последние дни, говорит само за себя. Приелась моя неопытность, скованность… и это правильно. Сейчас, как никогда, стало очевидно, насколько мы из разных миров. А ведь параллельные прямые не пересекаются. Где-то в системе произошел сбой, и мы пересеклись, но сейчас сама природа возвращает на круги своя то, что правильно.

Не хочу совершать прошлых ошибок. Хочу поговорить с Давидом, но он, только выгрузив вещи, сразу уезжает. У него такая работа, что выделенный отпуск сродни чуду. Может быть, хорошо, что уехал. Мне надо собраться с мыслями.

На автомате занимаюсь девчатами. До чего они непосредственны в своих чувствах и открытости! Как же хочется этой легкости для себя. Чтобы не думать, не анализировать, не бояться ошибиться.

Уложив девочек, задумчиво смотрю на бегающего щенка. Так подрос. Ловлю в стекле свое отражение. Влад раньше говорил, что в моих глазах горит огонек. Сейчас я вижу только, что ни огонька, ни блеска… словно потухла. Для чего я в этом мире, за что? Чем так нагрешили мои родители, что я расплачиваюсь? Лучше бы убили в том подвале, чем проходить еще раз всю темноту и пытаться собрать себя снова. Раньше было легче, потому что я была еще не очень взрослой и много чего не понимала. Но чем старше становлюсь, тем осознаннее всё воспринимается.