Книга Девочка из прошлого, страница 194 – Аля Драгам

— Давид, держи Чака крепче. Сейчас бросится за мальчишками.

— Пусть бежит, малышка. Здесь никого нет.

— Ага. Он Кирилла не любит. Убежит, и опять искать будем.

Новый парень из охраны только хмыкает. Саша, когда эмоционирует, довольно громко говорит. Парень—то не виноват ни в чем. Запускал мальчишкам салют. Кто же знал, что Чак их боится? Олегыч с нас всех в ту ночь чуть скальпы не снял. Санька плакала, а мы искали пропажу. Хорошо, что сам пришел.

Малышка вдруг обнимает меня за талию, резко остановившись.

— Ты чего?

— Давид?

— М?

— Наклонись.

Прижимаюсь к жене, а она тянется к уху и шепчет: — Целоваться хочу.

Смеюсь. Моя непосредственная девочка.

Один взгляд глаза в глаза может изменить всю жизнь. И самое главное, впустить в себя этот взгляд и те чувства, которые стучатся в сердце. Важно не упустить свой шанс на счастье. Оно дается каждому, но не все вовремя понимают и открывают свое сердце навстречу чувствам.

Накрываю ее губы своими, даря горячий поцелуй. Нам, как всегда, не нужны слова. Но я все равно говорю, прерываясь на мгновение:

— Люблю тебя, моя принцесса. Моя родная.

Моя. Навсегда.

Врач скорой помощи.

Стандартный вызов. Зрелый мужчина, плохо с сердцем. Подтянутый, выглядит максимум на сорок пять, хотя по паспорту уже пятьдесят три. На возраст указывают лишь виски чуть тронутые сединой. Уютный дом, куда прибывает наша бригада, встречает приятным запахом выпечки.

У кровати, прижимая к груди руки, бледная девушка. Женщиной назвать эту хрупкую и бледную статуэтку просто язык не поворачивается. Жена. В глазах слезы, но привычных причитаний и выкриков себе не позволяет. Все, что она произносит, кроме ответов на мои вопросы: «Доктор, спасите моего мужа. Я не смогу без него». И что—то в этой фразе трогает даже мое, привыкшее ко всему, сердце.

Остановка. Ребята суетятся, тащат необходимые препараты и оборудование. Пытаемся вытащить. Ноль.

Девушка стоит в углу, хотя ее несколько раз пытались выставить. Стоит, молчит и только руки сжимает. Краем глаза поглядываю, как бы рядом со своим мужем не оказалась.

Время, указанное в протоколе, закончилось и нам бы сворачиваться, фиксируя летальный исход. Но что—то удерживает. Сам не могу понять, что. Останавливаю своих парней, прося еще немного времени. Протокол протоколом, но мы знаем, какие чудеса случаются, и что еще есть мгновения. Пусть шансы и ничтожно малы. Прямо скажем, практически невероятны, но… Ради этих глаз, наполненных слезами…

Андрей вводит в вену лекарство, а мы с Арсеном вновь приступаем к реанимации. Последний шанс.

Давай, мужик, за тебя сейчас такой ангел молится.

Вытираю со лба пот, когда мужчина слабо приоткрывает веки. Шанс! Вот он! Начинаем суетиться, продолжая вводить в вену необходимое.

Полностью открыть глаза не может, но шарит по комнате, ища кого—то. Не трудно догадаться, кого.

— Можете подойти на секунду. — Говорю, а у самого в носу противно щиплет.

Ради этого взгляда, который молчаливо связывает мужа и жену друг с другом, я готов, наверное, всю ночь бороться со смертью. Даже мне, цинику, понятно. Это любовь. В том чистом виде, в котором никто не наблюдал, но типа где—то она есть.

А я вот видел.

Арсен шмыгает носом. И его пробрало.

— Александра, Вашего мужа необходимо срочно госпитализировать…