Книга Его сладкая девочка, страница 60 – Аля Драгам

— Да нет. У меня в голове каша, честно. Столько вопросов и всего непонятного…

— Так задай, Ксюш.

Егор обошел машину и устроился за рулем. Повернулся ко мне, взяв ладонь в свою. Этот жест отвлекал и умилял. Но я все равно нахмурила брови. Потому что не понимаю его поведения! Он ведет себя так, словно мы… ну как пара что ли!?

— Просто спроси всё, что тебя мучает. Я готов ответить на твои вопросы, пока едем до клиники. Врачу показаться необходимо в первую очередь. — Говорит мягко, но строго в то же время.

— Прям всё – всё?

— Абсолютно. Не хочу между нами недосказанности.

— И ответишь честно?

— Предельно.

— Ты меня искал?

— С первого дня. Про это мы поговорим попозже. Не сейчас, хорошо?

— А… а как нашел?

— По номеру машины подруги твоей. Повезло, что вы приезжали в деревню. Я же там все адреса оббегал, нигде тебя не было. Кстати, — смотрит на меня, — сестры твои где?

— У бабушки одной были. Тети Зои.

— Я у нее был. В магазине подсказали. Но там никто не открыл.

— Может, выходила, — пожимаю плечами. — Или не слышала.

— Ладно. С этим разобрались. Еще что-то хочешь знать?

— Хочу. Откуда ты узнал про… ну про это? — Смотрю вниз. До сих пор не могу найти в себе силы произнести о своем положении.

— О чем, Ксюша?

Поздно соображаю, что моих телодвижений Егору не видно. Во-первых, он за рулем. А, во-вторых, темно же.

Узнаю знакомую улицу и начинаю нервничать:

— Куда ты меня везёшь?

Я к этому врачу больше не пойду. За один день здесь берут столько, сколько я получаю за месяц. Львиная доля моих запасов ушла на возврат долга Милке.

Парень паркует машину и разворачивается всем корпусом в мою сторону.

— Ксюш, мы приехали в клинику. В хорошую клинику. — Давит не голосом, а интонацией. — Где проверят всё, чтобы сохранить нашего малыша. Я вообще не понимаю, зачем ты отсюда сбежала?

— Потому что я одна была. Ты, наверное, не понимаешь, что такое, быть одному. А Антону быть обязанной…

Снова накатывают воспоминания. И пусть нинин брат не сделал ничего плохого, не успел или передумал, моего отношения к нему это не изменит. Достаточно знать, что он хотел сделать.

— Извини, я как-то не уловил. Антон здесь при чем?

— Ну это же он… Мне стало плохо на его дне рождения и он меня…

— О чем я говорил. Недопонимание. Давай-ка сейчас покажемся доктору, а потом ты мне расскажешь все, и я тебе.

Как будто так делал всегда, Егор обходит машину и помогает мне вылезти. С моим ростом, конечно, такие танки скорее мучение, чем средство передвижения. Это Егор высоченный.

— А какой у тебя рост? Больше двух метров или меньше?

— Чуть-чуть меньше. На один сантиметрик.

— Ого! Я на тридцать пять тебя ниже! Ты великан.

— Великан, великан. Пойдем, Дюймовочка моя. Сдаваться будем.

Его рука обнимает меня так естественно так… как и надо, вот. Может, я на самом деле больше не буду одна? А может, поиграет в заботу и уйдёт. Вряд ли он готов к той жизни, которой живу я. Не только забота о себе, но еще два маленьких ребенка.

И если Егор против моих сестренок, нам никогда не будет по пути. Их я не предам.

Егор.

Ксюшу осматривает врач, выгнав меня за пределы кабинета. Хотя, спрашивается, чего я там не видел, учитывая, что принимал участие в процессе. Ладно, орел птица не гордая. Подпираю стену, думая о своем.