Книга Спаси меня от одиночества, страница 23 – Аля Драгам

Знаю, что с мамой он связывался всего раз после того, как мы уехали из родного города. Решал «рабочие», как он выразился вопросы.

Двадцать лет бок о бок и рабочие вопросы. Неужели в реальности такое возможно? Неужели можно легко вычеркнуть из жизни свою плоть и кровь?

Как?

Не понимаю.

Качаю головой и смотрю на проносящиеся за окном такси улицы. Красивый вечерний город. Окна домов светятся тёплом и уютом, но только живущие в квартирах знают, настоящий ли уют или мнимое счастье.

— Приехали, девушка, — реагирую на голос водителя поворотом головы. — Какой подъезд?

— Первый с того края, — прошу и лезу в кармашек за наличкой.

Протягиваю оплату поездки, но таксист отрицательно машет головой:

— Всё оплачено, девушка.

Благодарю, оставляя деньги между передними сиденьями, и выскальзываю в прохладные сумерки. Расправляю плечи, останавливаюсь на асфальтированной дорожке между уютных скамеечек и просто стою. Привыкаю, наверное.

Мы жили в обычной многоэтажке серого цвета, а сейчас передо мной стильный дом синего цвета с разноцветными вставками. На фоне сопок яркие кварталы смотрятся особенно мило и радостно.

Ловлю кураж и делаю несколько снимков на фоне фасада, взяв в фокус ветку куста, растущего у края дороги. Размытые краски и желтые мелкие листья чудесно гармонируют друг с другом.

Не удержавшись, отправляю в чат Ди и Свете, а уже около двери захожу в переписку приложения и прицепляю один из кадров, подписывая двумя словами.

Ника: Я дома.

В сообщение вкладываю свою благодарность за заботу Сеймура и отчитываюсь заодно, как обещала. Хотя он при желании мог отследить в приложении такси.

В квартире, развесив верхнюю одежду, облачаюсь в домашний костюм и присоединяюсь к позднему чаепитию мамы и сестры.

Они с удовольствием принимают меня в свою компанию. Делимся впечатлениями, я хвалюсь прогулкой и немного рассказываю о знакомстве.

С осторожностью сначала, боясь реакции мамы. Но она поддерживает меня, прося лишь об одном: быть осторожной и бдительной и, конечно, не нырять в омут с головой. Это наставление мы с Викой слышим с шестнадцати лет, выучили его наизусть. И всё равно оно приятным теплом отзывается в солнечном сплетении: мама переживает за нас.

Мама — да, а папа на нас забил.

В глазах Вики мелькает грустинка, прогоняемая тут же. Сестра заливисто хохочет над новой шуткой, озвучив нам. В её новой школе попадаются настоящие кадры. Плюс, Вичка успела подружиться с девочкой из параллели, старше её на год.

Там вроде бы из-за длительной болезни пришлось пропустить учебный год и доучиваться с другим классом. Мама немного в шоке от неформата: черные волосы с розовыми перьями, проколотые нос и бровь, чёрная помада на губах и лак на ногтях в тон.

Выглядит Сюзанна непривычно, хотя личико у неё очень красивое. Её не портят металлические колечки и ядовитый цвет прядей.

— Ну и жуть, — возвращает телефон Вике. — В наше время такую бы в школу не допустили.

— Сейчас другие правила, мам. Я тоже хочу так!

— Кольца?!

— Прядки. Можно? Они быстро смываются.

Я встаю убрать посуду, пока Вика уламывает разрешить ей «украсить» внешность.

Видя, что наша родительница готова сдаться, хитро подмигиваю сестрёнке:

— Сегодня как раз Маркел говорил, что очень не любит, когда девочки портят естественную красоту. Но ты же только подчеркнёшь, правда?