Книга Забава для мажора, страница 55 – Аля Драгам

— Что? Как…?

— Красотка, когда ты писала свой конспект, я видел похожую физиономию, нарисованную на закладке. Честно, хотел думать, что у нас получится, но как—то ровно с тобой. Приятно, поговорить можно… — Машет рукой в сторону Миронова. — Познакомишь? На правах друга. Или вы еще не признались друг другу?

— Ты удивительно прозорливый брюнет. Что—то здесь не так.

— Я просто догадливый. Да и смотрит пацан… короче, мелкая, зубы не заговаривай. Знакомить будешь?

— Стёп, можно в другой раз?

— Хорошо. Но обязательно. Должен же я на правах почти брата пригрозить ему набить морду, если он тебя обидит.

Смеюсь, ловя приятные мурашки от такой заботы. Старший брат… моя несбыточная мечта с самого детства.

— Ладно, погнал я. Деду привет передавай. Можно будет заехать—то?

— Конечно. Мы всегда рады будем.

— Окей. На телефоне. И это, Жемчужная, на игру чтоб болеть пришла. В статусе девушки не успела, но уж в статусе друга постарайся.

— Постараюсь, Стёп. И… спасибо тебе!

— Беги, красотка. А то все зубы парень раскрошит.

Но я всё равно дожидаюсь, пока Нечаев уедет, чувствуя безграничную благодарность к нему за его инициативу, за его честность… и за его слова про старшего брата. Пусть одну маленькую секундочку, но я поверила.

Вздыхаю и, развернувшись, бегу в сторону лицея. Тёма спускается со ступеней, и мы сталкиваемся в самом низу лестницы. Он ставит меня повыше, чтобы удобнее было обнимать и хмурится.

— Что? — Не выдерживаю.

— Не думал, что когда люди расстаются, они так долго обнимаются.

— Это по—дружески. Он сам сказал, что ничего ко мне не чувствует. И я к нему. Он как… ну как будто брат. Вот.

— Ты веришь в такую дружбу? Я сильно сомневаюсь.

— Я, — закусываю губу, — никогда не дружила с мальчиками. Только с Дашкой ближе всех. Ну и ещё в компании знакомые девочки. И Сёма.

— Кто такой Сёма?

— Это Дашкин воздыхатель. Он хвостиком за ней ходит. Семён хороший очень, но она на него никогда внимания не обращает. Ну как на парня, я имею в виду.

— Понятно. Значит, подруга Даша с хвостиком. Интересные у тебя знакомые.

Улыбаюсь и смотрю в ясные глаза. Хочу нарисовать его. Такого. Взъерошенного, немного взволнованного и смотрящего на меня с нежностью.

Облизываю губы, чтобы спросить, не хотел бы он прогуляться в парке. Погода отличная и мне хочется сделать зарисовку. Пальчики зудят от желания взять карандаш.

— Не делай так, — мне кажется, что голос Артёма звучит немного хрипло.

— Как?

— Так, как хочется сделать мне.

Он подается вперёд и проводит своим языком по нижней губе. От неожиданности этого жеста распахиваю широко глаза. А Миронов кладет широкую ладонь на мой затылок, скидывая с волос заколку. Я слышу, что она звякает об асфальт, но не могу пошевелиться, завороженная глубиной космоса, который таится в глазах напротив. А потом космос растворяет в себе, стоит только Тёме поцеловать глубже, увлекая мой язычок в известном одному ему танце. Мир останавливается, сужаясь до нас двоих. Пропадают все звуки и краски извне. Есть только он и я, и то сияющее чувство, которое вспыхивает между нами.

Артём.

Никогда не думал, что от невинных поцелуев в голове могут рождаться вспышки сверхновой. Я вообще эти нежности не сильно—то приветствовал. Казалось совершенно ненужной тратой времени. А теперь… смешно, конечно, но теперь хочется сказать, что свои поцелуи я хранил для неё. Для этой маленькой девочки, так сногсшибательно пахнущей ванилькой.