Книга Забава для мажора, страница 77 – Аля Драгам

«На всякий случай», — заявила, важно подняв носик. Смешная. Пока она строила из себя чопорную мадам, я зависал на её губах и думал только о том, как сладко и приятно её целовать. Если у Лафонтена все дороги вели в Рим, то в моём случае все прямые, нарушив законы геометрии, сходятся в одной точке — златовласке.

— Мирон, здоров!

Так, если Дан здесь, то всё становится более—менее понятным. Ежегодная туса, судя по всему, с лёгкой руки Константина переехала на маленький Лиин участок. Интересно, какая у неё на всё это реакция?

— Объяснишься?

Складываю на груди руки и жду. Во—первых и главных, какого хреная не в курсе?!

— Ша, дружище. Здесь только свои. Без девок. Мы после субботника рванули ко мне, Костян тебя собирался ждать. А потом, короче…

И тут Дан отвёл глаза, а внутри меня что—то оборвалось. Предчувствие? Как ещё это назвать?

— Не ори, уже всё нормально.

— Оху… ренеть, — быстро исправляюсь, — ты успокоил.

— Олька позвонила, что мелкая твоя… в общем, там топорик у нее соскочил и…

— Где она? — Срываюсь с места. По сторонам не смотрю. В груди бешено стучит сердце, а воображение уже подкидывает красочные картинки и они мне ни фига не нравятся.

Толкаю кого—то плечом у входа и влетаю в дом.

— Лия, — ору. — Малышка?

— Тёмик, ты приехал?

Сбоку слышу нежный голос и внимательно взглядом ощупываю хрупкую фигурку. Руки на месте, на лице улыбка.

— Там Дан сказал, что ты…

— Да это Оля панику подняла. Обычная царапина. Мне уже не больно.

— Где?

Получается хрипловато. Потому что испугался за эту глупышку капитально.

Лия делает навстречу ко мне несколько шагов, а я замечаю, что она прихрамывает. Не больно, да? Беру на руки и несу на диван. Устраиваюсь сам, сажая малышку на колени. Задираю, не смотря на её протесты, штанину. Бинт, на котором пятнышки крови.

— Царапина? — Хмыкаю зло, показывая на рану. — Кто бинтовал?

— Сама.

— Ясно. Аптечка где? На кухне?

— Да. А тебе для чего?

— Для нада. Здесь сиди, — говорю, увидев, что собирается встать.

Каждый, кто занимается спортом профессионально, умеет оказать первую помощь и обработать раны. В какой—то момент сам начинаешь уже разбираться, потому что на тренировках и боях прилетает часто и не всегда легко.

Нахожу коробку с медикаментами. Как и везде, в ней тоже четкий порядок. Ещё одно наше совпадение: люблю, чтобы было по полочкам. Этим я в отца.

Возвращаюсь, присаживаясь рядом с врединой. Улыбается, прикусив губу, но молчит. Правильно делает. Я сердит. Куда она там полезла, если я наколол дров и принес. Должно было хватить.

— Вот скажи мне, зачем тебе топор понадобился? А? Меня не могла дождаться?

— Тёмочка, я же не могу всё время на тебя надеяться? Мы хотели растопить баню, чтобы нагреть воды.

— Вот я не девочка, но спрошу. А в кастрюле ты не могла себе воды подогреть? На плите? Или тебе в каких масштабах надо было?

— Вообще—то в масштабах.

— Расскажешь зачем?

— Ну я теплицу мыла. Руки замёрзли в холодной воде, и мы решили нагреть в бане. Заодно бы и прогрели, а вечером помылись.

— Ага, — медленно разбинтовываю ногу, — теплица, вода. Понятно. С дровами тоже. А пацанов во дворе откуда столько? И какого лешего они здесь делают?

— А это не я. Честно—честно. Оля испугалась и позвонила Косте. Он приехал и с ним они.

Поливаю перекисью бинт, потому что он присох к ранке и оторвать резко — сделать больно. Малышка морщится, но улыбается.