Книга А ты не такой?, страница 239 – NeTa

Воскресенье было назначено «Днем лени и ничегонеделания»! Поэтому только съездили в магазин, погуляли в парке и больше ничего. Яна мысленно готовилась отражать атаки любопытных коллег, которые обязательно заметят кольцо на руке. Зная за собой неумение врать, она уже заранее настраивалась отмалчиваться. Но предстоящая неделя ее напрягала. Мартин напомнил ей о свадьбе, будут ли пожелания?

— Только не надо никакой фаты, пожалуйста. И вовсе не обязательно платье белого цвета. В общем, Мартин, я очень рада, что не участвую в подготовке. А тебе будет кто-нибудь помогать?

— Зачем? Не буду никого напрягать.

— И правильно! Так, потихоньку посидим где-нибудь.

Мартин посмотрел с прищуром и ничего не ответил на это.

Как и предполагала Яна, ее сияющий вид и кольцо на пальце не остались незамеченными. Ее атаковали все, вплоть до Главного, но она упорно молчала и улыбалась, не выдавая свои главные секреты. Очень уж хотелось увидеть вытянутые физиономии досужих сплетников, когда Мартин придет на работу без своего джемпера-пуховика, да еще и с обручальным кольцом на руке. Ради взрывного эффекта можно было и потерпеть наскоки нетерпеливых коллег.

Только Насте было все равно на ажиотаж вокруг Яны. Она сама пребывала в состоянии эйфории. Они с Федором собирались в гости к ее родителям. Он нервничал: уж очень неравным выглядел этот брак и по возрасту, и по финансовой состоятельности. Настя, как могла, успокаивала жениха, объясняя, что к нему хорошо относятся уже заранее, зная характер своей дочери. Пока ей это не очень удавалось, и втихомолку она посмеивалась над «трусишкой».

Мартину несколько раз звонила сестра, предлагая помощь в подготовке свадьбы, так как они с Ильей уже прошли этот этап. У них ничего грандиозного не намечалось: Илья считал, что кроме семьи Марины, у него никого больше нет, а она растеряла всех «друзей» за время болезни. То есть, все будет по-семейному с выездной регистрацией у родителей.

Мартин выслушал сестру и сказал, что справится сам. Точно так же он отказался от помощи обеих мам, чем вызвал шквал любопытства. Но вызнать что-то у молчаливого индейца было невозможно. Он только посмеивался, благодарил за беспокойство и молчал. По одному разу задали вопросы о свадьбе Марат и отец и успокоились, когда Мартин и их уверил, что все сделает сам.

Со стороны ничего не изменилось в его поведении: он отвозил Яну на работу, вечером забирал ее, готовил, убирал, ходил в магазин… Янка все думала, когда же он успеет что-то подготовить к субботе, но то, что будет нечто интересное, она не сомневалась.

Кот везде ходил за Мартином, слушал, как хозяин с ним разговаривает, позволял даже себя погладить… несколько секунд. Янке иногда казалось, что кот возьмет полотенце и начнет протирать посуду, после того, как ее вымоет Мартин.

— А ты его не пригласил на торжество в субботу? – спросила Яна, указывая глазами на котенка. – Объявит нам опять бойкот. Слушай! А слово «бойкот» не про нашего ли бандита?

— Нет, – с улыбкой сказал Мартин, поглаживая одним пальцем злодейскую макушку, – у нас очень мирный домашний питомец. И мы с ним договорились, что он подождет нас дома, а после свадьбы Марины с Ильей мы поедем к ним в гости. И, наконец-то, он там набегается с Диной.

Кот снисходительно посмотрел на Яну, потом на хозяина и величественно ушел в свой Дворец.