Книга Месть на десерт, страница 64 – Лина Филимонова

— Но я… Понимаешь, мне неловко.

— Не понимаю. Девушки обычно охотно принимают подарки.

— Может, я феминистка! — зачем-то ляпаю я.

Просто не знаю, что сказать.

А еще — меня царапает эта фраза о девушках. У него было много девушек. Он каждой дарил айфон? Это что, так положено?

А я что, ревную?

— Может, когда я в следующий раз открою тебе дверь или пропущу вперед, ты сразу залепишь мне с ноги? — смеется Яр. — Раз ты феминистка.

— Ну, не настолько…

— А насколько?

— Я просто хочу быть независимой, понимаешь? Коля всегда говорил: вот, я работаю, обеспечиваю тебя и детей, а ты должна… Я никому не хочу быть ничего должна. И тебе тоже. Ты и так мне помогаешь… И я не знаю, как я тебя отблагодарю.

— Анюта! — Яр закатывает глаза. — Мне приятно тебе помогать. Приятно быть рядом. Просто болтать с тобой тоже очень классно. Я кайфую от твоей улыбки. Она меня согревает…

— Я все-таки не возьму телефон.

Мне кажется. так будет правильно.

— А я все-таки не буду его забирать. Пусть вот тут полежит. На полочке. До того момента, как ты поймешь, что я на твою самостоятельность не посягаю. И осознаешь, что мне будет очень приятно видеть тебя со своим подарком в руках.

— Ты тоже упрямый!

Чайник закипел, и я достаю кружки.

— А ты еще и своенравная, — Яр помогает мне заварить чай. — Кого-то ты мне напоминаешь…

— Кого?

— Я немного знаком с одной особой…. Которая, чуть что — сразу готова прибегнуть к крайним мерам. И никого не щадит.

— Ты о ком?

— Она еще любит крысиный яд…

— Алиса?

— Ты очень на нее похожа. И у тебя, походу, тоже начался переходный возраст.

А ведь он прав! Именно это со мной сейчас и происходит. Я перехожу из состояния послушной девочки в состояние бунтующего подростка.

— Знаешь, у меня ведь не было переходного возраста. Я была слишком послушной и зашуганной.

— Лучше поздно, чем никогда! — смеется Яр.

— Очень поздно… Мне уже тридцать пять, — решившись, выпаливаю я.

Все это время у меня было наполовину осознанное желание скрыть свои преклонные года от Ярослава. А теперь… ну глупо же это скрывать!

— Отличный возраст для подросткового бунта! — отзывается он.

— Почти тридцать шесть, — признаюсь я. — У меня скоро день рождения.

— Супер. Когда?

— Через месяц. А тебе сколько лет?

— Мне тридцать два.

Я молчу. Перевариваю информацию.

— Что? Мало? — спрашивает Яр.

— Тебя не смущает, что я старше?

— Пф-ф-ф! — откровенно ржет он. — Старше? Да ты еще пубертат не прожила.

Он притягивает меня к себе.

— Что ты делаешь?

— Будем целоваться. Как подростки.

Аня

Сегодня у нас, наконец-то, долгожданный показ. Все стоят на ушах еще со вчерашнего вечера. Примерки, подгонка, репетиции, и — срочные переделки. О том, как Марина любит поменять что-то в последний момент, ходят легенды.

Она — человек творческий. И хозяйка всего этого. Поэтому, конечно же, имеет право творить все, что считает нужным. Тем более, что это получает признание и публики, и специалистов.

Ко мне то и дело обращаются за всякой мелочевкой.

— Ань, вот тут подол надо чуть прихватить.

— Вот здесь вытачку углубить, а здесь немного ослабить.

— Нужно срочно поменять пояс. Старый отпори, а новый приметай контрастными нитками.

И я работаю. С большим удовольствием! Честно говоря, мне нравится вся эта суета. Нравится чувствовать себя частью грандиозного события.