Книга Все Снегурочки делают это, страница 23 – Лина Филимонова

Я смутилась. А Роман продолжал:

— Представляешь, сегодня мы все вместе готовили праздничный ужин. Папа чистил, мама резала, меня гоняли в магазин то за горошком, то за укропом… Это было волшебно! Я мечтал об этом двадцать лет. И, когда уже перестал надеяться, мечта сбылась…

— Здорово!

— Благодаря тебе, — добавил Роман.

И посмотрел на меня с такой нежностью…

— Они бы все равно встретились, — возразила я. — Не зря же Тамара открыла кофейню напротив офисного центра.

— Да папа в жизни не ходит по кофейням! И он даже не заметил этого названия… То что они столкнулись, да еще и накануне Нового года — настоящее чудо. Совершенное тобой.

— Да ничего особенного, — улыбнулась я. — Все Снегурочки делают это.

— Что?

— Творят чудеса.

1 января

— Ну, пока, — произнесла я и чмокнула Рому в щеку.

Такси подъехало к моему подъезду. Сейчас мы попрощаемся, и я поднимусь к себе.

Это был чудесный Новый год.

Тамара и Пал Михалыч встретили меня как родную. В мою честь пелись такие дифирамбы, что с моих щек весь вечер не сходил румянец. А Рома выглядел совершенно счастливым, как пятилетний мальчишка. Он переводил взгляд с Тамары на Пал Михалыча и обратно, и не скрывал блаженную улыбку. Они все излучали счастье, а я купалась в его лучах.

Но теперь все закончилось. Время близится к четырем утра, я чувствую усталость и какое-то опустошение. Праздник был чудесным, но он подошел к концу. Скоро наступят будни.

Роман уедет в Питер, я буду иногда встречать Пал Михалыча на работе и забегать к Тамаре на чашку какао или имбирного чая. А, может, не буду. Может, теперь, когда ее цель достигнута, она вообще закроет кофейню.

Я нажала на ручку дверцы и внезапно обнаружила, что Роман уже стоит с той стороны. Распахивает дверь, подает мне руку. Настоящий джентльмен!

Когда я оказалась снаружи, он сказал:

— Я тебя провожу.

И мы вместе направились к двери подъезда.

Я не смотрела на него, пока мы поднимались в лифте, пока искала в сумочке ключи и открывала дверь. Мое сердце бешено колотилось о грудную клетку, руки слегка дрожали.

Все это время в моей голове крутился вопрос: Рома просто проявляет вежливость и провожает меня до двери или хочет остаться? И я сама не понимала: боюсь я того, что сейчас может случиться, или хочу этого…

Я нажала на ручку двери и только в этот момент подняла на него глаза. И, к своему удивлению, обнаружила, что он так же растерян, как и я. Не знаю, как, но я кожей почувствовала его нерешительность.

И это придало решимости мне.

— Зайдешь на чашку какао? — произнесли мои губы.

— Конечно! — радостно воскликнул он.

А меня одолели сомнения. Может, не надо было его приглашать? Я не хочу питать иллюзий. Боли и разочарований тоже не хочу.

Что у нас может быть? Только одна ночь. И что он обо мне подумает, если я на нее соглашусь?

До какао у нас так и не дошло. Хотя у успела согреть молоко и достать банку с ароматным порошком. Я умудрилась обжечь палец, вскрикнула, приложила его к губам… Рома обнял меня и подул на мой палец. Потом поцеловал его и потянулся к моим губам, убирая волосы от лица.

Этот поцелуй был по-настоящему новогодним. Легким и нежным, как снежинки, ярким, как огоньки на елках и неистовым, как полуночное веселье. А потом началась настоящая буря… но не снежная, а тропическая.