Книга 7 невест миллионера Васина, страница 94 – Лина Филимонова

А потом минут пять рассказывал, как он рад всех видеть, и какое благое дело мы все делаем вместе. Призывал не стесняться, открывать кошельки пошире. В общем, речь была неплохой.

И мне все время казалось, что он смотрит прямо на меня. А я, между прочим, стояла довольно далеко от сцены. И чего он уставился? Да нет, наверное, мне кажется.

Мой начальник передал микрофон Глебу Максимовичу. Тот улыбался еще более лучезарно и говорил еще более проникновенные слова. Нет, пожалуй, если бы два босса «Альфа-Беты» начала драться, я бы болела за него...

А потом слово взяла Ева. Она вещала о подготовке к балу, о том, как все помогали. Завела речь о нашей банде девушек, встречающих гостей. А потом спустилась вниз и вытянула на сцену Наташу. Попросила ее сказать пару слов.

Я знала, что Наташа до смерти боится прилюдных речей, она рассказывала, что по этой причине всегда избегает пресс-конференций. По ней было видно, что ей страшно и неловко. Она даже пыталась упираться, когда Ева тащила ее на сцену. Но пиарщица была упорной.

Наташа неуверенно повертела в руках микрофон, потом поднесла его к губам, открыла рот… но ничего не сказала. К этому моменту я уже была рядом со сценой, поэтому видела, что она покрылась красными пятнами, а ее нижняя губа дрожит.

Я понимала: чем дольше она молчит, тем труднее ей будет начать говорить. Поймав ее взгляд, я улыбнулась и показала ей большой палец. Она робко улыбнулась в ответ. И произнесла в микрофон:

— Я не умею говорить речей…

— Не надо речей, - крикнула я. – Расскажи, как мы ездили в детский дом.

— Я думала – детский дом – ужасное место, - произнесла Наташа, глядя на меня. - И немного боялась туда ехать. Но все оказалось не так плачевно, как я представляла. У детей есть все самое лучшее! Во многом благодаря усилиям компании «Альфа-Бета».

Она посмотрела в ту сторону, где стояли наши боссы. Я тоже туда повернулась. И встретилась взглядом с Алексом Васиным.

Сейчас-то он точно смотрел прямо на меня. Мне не показалось. Смотрел так... не знаю, восхищенно, что ли. Одобрительно, в общем. Даже показал большой палец. Я сначала не поняла, к чему это. А потом сообразила. Ему нравится, как я поддержала Наташу.

Да, я вовремя подоспела. Но, может, она бы и сама справилась. Вон как разошлась!  Рассказывает, что, несмотря на то, что дети вполне благополучны, у них нет самого главного – семьи. И призывает всех поддерживать программу по созданию семейных детских домов. Молодец, Наташа! Так держать!

Наташа чуть ли не со сцены упала в мои объятия – разгоряченная, возбужденная и очень довольная собой.

— Ты видела? Они мне хлопали! – повторяла она.

— Еще бы, не хлопали. Ты классно выступила. Искренне и эмоционально.

— Это все благодаря тебе!

Обычно сдержанная Наташа чуть не задушила меня на радостях.

— Да я тебя только подтолкнула. Дальше ты сама, - отнекивалась я.

— Знаешь, как мне было страшно,  когда я оказалась посреди сцены, с микрофоном! Как будто сбылся мой самый кошмарный сон. Только во сне я обычно еще и голая.

— Повезло, что это не сон.

— Я теперь не буду отказываться от пресс-конференций, - глаза Наташи радостно сверкали. – Это такой драйв! Сначала страшно, а потом… адреналин!

— Это непременно надо отпраздновать!

Я схватила с подноса проходящего мимо официанта пару бокалов с шампанским. Мы чокнулись и  выпили за побежденную фобию.