Книга Ромашка с шипами, страница 68 – Лина Филимонова

— Ну будь букой, улыбнись! — канючит Рита.

И целует меня в щеку.

Я с трудом удерживаюсь от желания вытереть место, которого коснулись ее губы. Наверняка там осталась эта розовая помада!

— Смотри, какие классные фотки получились!

Рита демонстрирует мне свой телефон. Листает фото, где она в напряженной позе стоит у дерева. Целует кота, вытянув губы “уткой”. Изогнувшись с долей вульгарности тянется к цветку на клумбе.

— Красиво, — говорю я.

— Вот эта самая классная!

О, нет! Застрелите меня.

На фото я и Рита. У меня такое лицо, как будто мне в задницу вставили петарду и я готовлюсь взлететь на воздух. Это я пытался изображать улыбку…

Зато Рита улыбается вполне искренне. Не то что на предыдущих фотографиях.

— Тебе скинуть эту фотку? — спрашивает Рита.

— Конечно.

Скидывай. Места в корзине полно…

Я продолжаю мариновать мясо. Свинину, которую любят мои сестренки, и баранину, которую обожаю сам. Мну лук, чтобы он дал больше сока, поливаю все это оливковым маслом, щедро приправляю черным перцем, закрываю крышкой…

И вздрагиваю от звонкого девичьего голоска.

Не может быть!

Ева и Никита. Идут от калитки. Он держит ее за талию. Она улыбается и что-то ему говорит.

Черт!

Явились. Ну ты, блин, дебил, мой дорогой племянник. На фига ты тащишь свою девушку на скучные семейные посиделки?

Лучше бы закрылся с ней в спальне, пока никто не мешает… Лично я бы так и сделал.

А в прошлый раз я им помешал.

Когда они ушли, она — лишь в футболке, он — с голым торсом и без носка… Я заметался по квартире. Чуть не рычал и не бросался на стены — настолько невыносимо было знать, что они сейчас снова вернутся в кровать.

Я даже кофе опрокинул! И не стал вытирать, что на меня совершенно не похоже. Мне было плевать на растекающуюся по столу и по полу лужу.

Я сам в тот момент растекался тухлой лужицей. От невыносимости навалившихся ощущений.

Мне было больно.

Меня как будто живьем раздирали на куски.

И я сам не понял, как оказался в квартире Евы.

— Эй! — крикнул я в сторону спальни. — Я заказываю доставку из ресторана. Вам что-нибудь заказать? Может, пасту?

Через секунду из двери выглянула взъерошенная Ева.

— Я бы карбонару съела, — выдала она.

Вслед за ней вылез Никитос. Его взгляд красноречиво говорил, что он бы затолкал эту самую пасту мне в глотку и утрамбовал ботинком.

— Ты это… — многозначительно произнес мой племянник. — Соблюдай границы.

— Прости, что помешал, — фальшиво извинился я. — Есть будешь?

— Мне тоже карбонару, — буркнул он.

Ева снова показалась в дверях. На ней уже были джинсы.

Никитосу это явно не понравилось. Он снова пронзил меня хмурым взглядом голодного волка.

Зато мне немного полегчало…

— Привет! — поздоровалась со всеми Ева.

— Общий хай, — вальяжно произнес Никитос.

— Мы вас и не ждали! — радостно засуетилась Вика. — Ты же говорил, не приедешь.

— Мы передумали. Ева захотела посмотреть на подмосковный дачный отдых.

Значит, Ева захотела… Странно.

— Милая девочка, — внезапно выдала стоявшая рядом со мной Рита.

— Угу, — кивнул я.

Милая… Когда спит зубами к стенке и убирает колючие шипы.

— У меня тоже когда-то были такие длинные волосы, — продолжала разглядывать девушку Никиты моя вроде как девушка.

— Правда? — вежливо отозвался я.

И не стал добавлять, что таких волос, как у Евы, нет больше ни у кого. Я знаю — это настоящий цвет. Спрашивал как-то.