Книга Гувернантка, страница 30 – Елена Рувинская

Вот с такими мыслями я погрузилась в сон и до самого утра спасалась во сне от Натальи, которая хотела придушить меня леской. Веселенькая ночка.

Утро тоже оказалось веселеньким. Проснулась я от беготни по коридору — кто-то так топал, что я встала, накинула халат и выглянула из двери. Мимо как раз проносилась Клавдия Васильевна, а за ней Оля с тазом в руках. Они были не в себе и не обратили на меня никакого внимания. Неожиданно я тоже запаниковала и кинулась вслед за ними. Обе скрылись в комнате Олега, а у меня перехватило дыхание. Остановившись перед закрытой дверью, я переминалась с ноги на ногу и не знала, как поступить. Тревога гнала меня внутрь, а здравый смысл заставлял оставаться на месте. Вдруг из комнаты вышла Ольга и чуть не наткнулась на меня.

— Что случилось? — вцепилась я в нее.

— Ой, Таня, Олегу Константиновичу так плохо! Его прям наизнанку выворачивает — такая сильная рвота. Я за свежим бельем. — и она вывернулась из моих рук.

— Дела-а! Если не разобраться со всем этим, то Олег запросто умрет прежде, чем сойдет с ума, что впрочем не на много отличается друг от друга. Я вернулась в свою комнату, переоделась и заставила себя сесть в кресло, чтобы обдумать ситуацию. Мысли разбегались в разные стороны, но основной их поток стремился в комнату Олега. Я тупо смотрела в окно, как вдруг увидела, что по улице медленно движется машина скорой помощи. Ну, слава Богу! Кто-то догадался вызвать врачей. Нельзя же постоянно все списывать на переутомление.

Я стремительно выбежала на крыльцо, но машина проехала мимо наших ворот и остановилась у соседних. Наверное ошиблись адресом. Я кинулась за Клавдией Васильевной, потому что понимала, что в данной ситуации заниматься самодеятельностью было рискованно. Мы столкнулись в дверях.

— Клавдия Васильевна, там машина скорой помощи, но почему-то проехала к соседям.

— Скорая? — переспросила она. — Что ж — это божий промысел. Беги, Татьяна, пусть они к нам придут.

Я не совсем поняла про божий промысел, но дважды мне повторять не пришлось — я уже неслась к воротам. В машине был только водитель. Он сказал, что врач с медсестрой ушли в дом. Я тут же побежала туда. Пройдя веранду, на которой мы вчера пили чай с хозяином, я оказалась в большой комнате и сразу поняла, что водитель не ошибался адресом — именно сюда были вызваны врачи. На диване лежал очень бледный Юнлен Семенович, а доктор склонился к его ногам и что-то там внимательно рассматривал и ощупывал. Маленький пенсионер стонал, не открывая глаз, а я разглядела большую ссадину у него на лбу. Рядом стоял молодой человек, держал старика за руку и непрерывно повторял.

— Дед, потерпи, ладно? Потерпи. Дед, слышишь, потерпи.

Тут он увидел меня, оставил в покое руку своего деда и подошел.

— Вы кто? — спросил он.

— Я работаю у ваших соседей. Мы вчера с Юнленом Семеновичем пили здесь чай. Что с ним случилось? Вы ведь его внук?

— Да, меня зовут Максим. — представился он.

— Таня.

— Да вот, незадача какая. — махнул он рукой в сторону дивана. — Дед вчера спать ушел как обычно. Утром я выбегаю во двор, чтобы размяться немного, а за углом кто-то стонет. Заглянул — дед лежит на земле весь ободранный. Я его на руки, а обе ноги болтаются, как неживые — сломаны оказались. На голове большая ссадина, рука повреждена, а рядом его подзорная труба валялась. Зачем он ночью в мансарду полез, ума не приложу? Дня ему мало! Вот «скорую» вызвал.