Книга Система Наказаний, страница 4 – Варвара Оськина

Так что, когда измученную кожу накрыли в легком поцелуе губы, Лиз едва не взвизгнула от жгучей боли. Но следом между ног скользнула приятно прохладная рука, стягивая прочь намокшее белье, и стало понятно — ковер придется менять. Он попросту не выдержит таких надругательств.

— Ого, — раздался над ухом самодовольный голос Бена. Засранец! В голове Лиз звенело, но она все равно услышала ехидные слова, когда два пальца скользнули внутрь нее. Вперед-назад. Легко. Небрежно. Пачкая ей бедра прозрачной скользкостью. — Вижу, тебе понравилось. Может, повторим?

Ее глаза наверняка полыхнули гневом, когда Лиз резко повернула к нему голову. Это нечестно. Она получила заслуженное наказание, и дальше уже игра вышла бы за рамки их договоренностей. Но тут пальцем другой руки Бен осторожно стер с ее подбородка смешавшиеся с чуть вытекшей изо рта слюной слезы, и… Не ожидавшая после долгожданной нежности подобного предательства Лиз почти заорала, когда на нее обрушился новый шлепок огромной ладони. Колени подогнулись, но она устояла и едва заметно переместила правую ногу, чтобы в следующее мгновение со всей силы врезать острой шпилькой в носок ботинка этого ублюдка. Сука!

— Сука! — прошипел Бен, и резко опрокинул Лиз на кровать, вынудив встать на колени.

Все, что она успела почувствовать дальше, — как с ног одним резким движением сорвали проклятые туфли. Перед носом замаячили темно-синие джинсы Бена и рука, в которой весьма жалко смотрелось орудие недавней шпилечной пытки. Он держал их за тонкие каблуки, чуть покачивая ими из стороны в сторону, и Лиз рискнула. Судорожно сглотнув, она посильнее прикусила уже давно мокрый стек и осторожно подняла голову. Вряд ли Бэйли был зол на ее выходку, но слишком уж задумчиво смотрел на стоявшую перед ним на четвереньках женщину. Лиз судорожно выдохнула.

— Прогнись, — велел Бен наконец, и она послушно, торопливо приняла нужную позу, расставив шире ноги. Рука перед глазами на секунду исчезла, а потом Лиз ощутила то, что заставило ее глаза удивленно распахнуться.

Она чувствовала холод металлических набоек, гладкость подошвы, знакомую тяжесть и просто не верила в происходящее, пока на ее спине шатко покачивались в такт поверхностному дыханию адские туфли. Господи, Бен же не мог всерьез сделать это. Лиз снова вскинула настороженный взгляд, но перед глазами оказалась лишь видневшаяся из-за края широкой резинки бонбоновского белья темно-розовая головка члена. И больше Лиз уже ничего не интересовало. Она инстинктивно чуть приоткрыла рот, желая коснуться языком, обхватить губами… и древко в зубах дрогнуло.

— Какая хорошая девочка, — довольно протянул Бен, а потом осторожно вынул стек из сведенной едва ли не судорогой челюсти.

Лиз шевельнула онемевшим ртом и попробовала потянуться к его паху, но добилась лишь того, что туфли опасно закачались.

— О нет, не так быстро, — хохотнул ублюдок. Господи! Но ей надо… Надо! Лиз лихорадочно облизнула сведенные от напряжения губы. — Уронишь — пеняй на себя.

Плевать, она согласна на что угодно. Сорок шлепков паддлом? Легко! Ладонью? Еще лучше! Кляп? Распорка? К черту! Даже если завтра подписывать договор о продаже компании ей придется стоя! Между ног уже нещадно ныло, и Лиз снова подалась вперед, однако Бен чуть отклонился, и она разочарованно застонала. Одна из набоек соскользнула, зацепилась острой гранью за ложбинку позвоночника, и уже разгоряченное, слишком чувствительное тело содрогнулось от неожиданного царапающего ощущения. А потом тяжесть их дыхания разорвал глухой хлопок, и Лиз застыла.