Книга Заучка для Мажора, страница 7 – Катерина Мур

Глаза Кости потемнели, вспыхнули гневом.

— Не советую! Тебе Иванова не жаль?

Я от злости запыхтела, развернулась и кинулась в аудиторию. Твердолобый хам! И как теперь от него избавиться?

Костя.

Рыжули не было три дня и что с ней я не знал. Сходил с ума от беспокойства. Никогда ни о ком не беспокоился, как о ней.

Всё хватит мучаться. Она будет моей и точка! Начал вводить своё решение в жизнь.

Первым делом поговорил с Настей. Достала уже, прилипла ко мне как репей. Прямо сказал, что у нас больше ничего не будет, так как у меня девушка появилась и кроме неё мне никто не нужен.

Но Настя явно не поняла.

— Ну котик, ну какая девушка? Нам же так хорошо было… И кто же твоя девушка?

— Её зовут Антонина и у нас все серьезно! — Твёрдо заявил я.

Настя надула пухлые губки.

— Это ты специально придумал, да? Нет у тебя никого. Не хочешь меня так и скажи.

Закатил глаза. Как я устал от её глупости.

— Думай как хочешь, мне всё равно. Больше чтобы я тебя не видел.

Развернулся и просто ушёл. Отличное настроение все же было. Слышавшие нашу разборку зеваки явно разнесут по своим группам новость, что у Константина Соловьева появились серьезные отношения.

Два дня универ шумел, а на третий день появилась Краснова. Я увидел её издалека и шёл к ней, когда Настя с подружками подошла к рыжуле. Вовремя успел, чтобы подхватить мою рыжулю, когда эта стерва толкнула её.

Слова рыжули о ведьме рассмешили меня, а потом влезла Настя. И я признался Красновой, что она моя девушка. Ожидаемо она разозлилась, а мне нравится её злить. Рыжуля такая сексуальная когда злится.

Беги, девочка, беги! Все равно ты моей будешь!

Понял что девочки любят романтик. На пару не пошёл, а смотался в ближайший цветочный магазин.

Тоня.

Всю пару не могла прийти в себя. Гнев на этого придурка разрывало меня изнутри. Ишь, что выдумал! Девушка я его оказывается… Я не собиралась становиться очередной из… Много чести!

Чтобы хоть как-то отвлечься, я стала вслушиваться в монотонную речь преподавателя, и, кажется, даже что-то записывала, так что к концу пары смогла более или менее нормально дышать.

Из аудитории выходила осторожно, чтобы не дай Бог снова кого-нибудь не задеть. Как показал опыт, после каждого столкновения рядом оказывался Соловьев.

Боялась зря! Как оказалось, для этого столкновение мне не понадобилось. Едва повернув в нужную мне сторону, я застыла столбом.

Прямо напротив меня шагах в десяти стоял Костя. Его левая рука покоилась в кармане джинсов, а пальцы правой сжимали розу нежно-розового цвета. Даже на таком расстоянии я поймала его взгляд из-под полуопущенных ресниц.

Как только окружающие поняли, что Соловьев здесь ради меня, движение в коридоре прекратилось, и повисла мёртвая тишина. Казалось, удары моего гулко бьющегося сердца были слышны даже в другом крыле учебного корпуса. Но больше всего меня смущали удивлённые взгляды студентов, прожигающие во мне дыры.

Я уткнулась лицом в ладони и тихонько застонала. Вот обязательно было устраивать это показательное выступление?!

Обречённо вздохнув, я убрала руки, которые безвольно повисли по швам, но головы так и не подняла. В звенящей тишине послышались уверенные шаги, которые, как я знала наверняка, принадлежали Косте, и вскоре моему взору предстала пара белоснежных кроссовок.