Книга Вернуть Любовь, страница 21 – Катерина Мур

Руки его ласкали мою спину, опустив их ниже, он сжал мою попку, и я остро ощутила его возбужденную плоть. Застонав, я провела рукой по его щеке, твердой груди.

Прервав поцелуй, его губы переместились на мою шею, не отрываясь, Саша усадил меня на злосчастную тумбочку. И вдруг он стянул с меня футболку. Засмущавшись, я хотела его отодвинуть, но он не позволил мне этого сделать.

— Саша… — Выдохнула я, когда почувствовала его руки на своей обнаженной груди. Желание разгорелось во мне огромным пламенем, мне захотелось большего, захотелось провести руками по его обнаженному телу…

И тут зажегся свет. Саша отшатнулся от меня.

— Катя, я…

Встав с тумбочки, я одела футболку.

— Все нормально… — Охрипшим голосом проговорила я, не смея поднять на него глаза. — … это все темнота…

— …да, темнота…

— …я спать, спокойной ночи…

— … да, спокойной ночи…

Закрывшись в своей комнате, я сползла по ней на пол и попыталась отдышаться. Что это сейчас было?

Стук в дверь заставил меня вскочить на ноги.

— Кать, нам надо поговорить! — даже через дверь я слышала тяжелое дыхание Саши.

С трудом собравшись, открыла дверь.

— О чем? — Сглотнув, спросила я.

— Я так больше не могу… — выдавил Саша, оперевшись руками о косяк.

— Ты о чем, Саша?

Он взял мою руку и прижал к своей ширинке.

— Вот о чем. Я хочу тебя, Матросова, и только тебя.

Я почувствовала его желание. Желание настоящего мужчины.

Да, он хотел меня и был готов к близости, я чувствовала это. Он хотел ту, через которую не получится просто перешагнуть и отпустить, как других. Забыть уже на утро. Это куда ближе к истине, куда ближе к тому, что можно назвать желанием, — назойливым, быть может, неутоленным, и могу ли я отказать ему? Тому, кто сам вызывает во мне столько чувств, что впору бежать от них сломя голову. Бежать от парня, рядом с которым мне так спокойно, словно я напрочь отрешена от мира со всеми его бедами. К которому меня тянет точно магнитом. Рядом с которым… Да, я должна признаться себе! Рядом с которым я хочу быть больше всего на свете, и которому никогда не признаюсь в том.

— Так что тебя останавливает, Громов? — тихо ответила я, понимая, что устала и хочу только одного. Его…

Никто из нас даже и не понял, кто сделал первый шаг. Мы просто накинулись друг на друга, срывая одежду и лаская друг друга руками и губами.

Саша.

Следующий месяц я был счастлив. В памяти еще всплывала Таня, иногда несколько раз за день, но воспоминания больше не превращались в изнуряющую муку. К моей радости, с ней теперь удавалось справляться.

Моей радостью стала Катя.

Да, после той страстной ночи мы с Катей поговорили и решили жить по-настоящему, как семейная пара.

Катя была смешной, забавной, воспитанной, интересной, страстной, всегда что-нибудь выдумывала — например, куда пойти или чем заняться. Мы даже ездили вместе на мотогонки. Меня удивил такой выбор Кати, хотя во время гонок она ласково сказала, что рада видеть меня среди зрителей, а не среди участников.

— Как вспомню тот день… — нервно воскликнула она, а я просто поцеловал ее нежно в губы.

Мне постоянно нужен физический контакт — дотронуться, погладить, обнять, поцеловать, одним словом, показать всем вокруг, что она-моя, а я- её.

Моя жизнь неожиданно так обогатилась, что я больше не приглашал Лешу в бар. Теперь я никогда не засиживался на работе и сразу же мчался домой. Если Катя задерживалась в связи с вечерним показом домов, я не вытерпев, приезжал к ней.