Книга Угол, страница 21 – Марат Бабаев

— А где твой «Роллс-Ройс»? — Спросила девушка после того, как поздоровалась с Валерием, и тот уселся на соседний стул.

— Пришлось продать, — небрежно ответил бизнесмен, разглядывая меню.

Катя ничего не сказала, а только внимательно разглядывала собеседника. Из разговора с ним, который продлился около часа, она поняла, что ее начальник испытывает серьезные финансовые проблемы.

Причину этих проблем Катя так и не смогла разгадать, зато отчетливо видела последствия. Не только в пасмурном настроении Валеры, но и в предмете их диалога.

Бизнесмен посвятил Катю в грядущую реструктуризацию компании. Он попросил ее подготовить все необходимое для продажи имеющейся в его активах сети ресторанов. Причем в максимально сжатые сроки.

Девушка не стала скрывать своего удивления не только от спонтанности данной затеи руководителя, но и от самой идеи. С чего вдруг? Почему так быстро? Она обращала внимание на некоторую понурость Валерия в последний месяц, но только сейчас связала его меланхоличное настроение с предстоящими изменениями в бизнесе. И не могла понять причины.

«Ему срочно понадобились деньги» — думала Катя. — «Поэтому он продал машину. Поэтому намеревается продать часть компании. Поэтому находится в таком удрученном настроении».

Девушка не стала задавать слишком много вопросов. После двух деликатных попыток она уловила нежелание Валеры распространяться на эту тему. Поэтому их разговор быстро перетек в обсуждение формальных аспектов грядущей продажи.

На протяжении всего диалога бизнесмен не менял интонации в голосе и своего настроения. Он был лаконичен в своих поручениях, скуп на эмоции и, несмотря на внешнюю сосредоточенность, глубоко подавлен. Раньше Катерина его таким не видела. Любые, даже крайне тяжелые операционные проблемы ее начальник принимал с деловым оптимизмом, свойственным людям его профессии. Это наводило девушку на мысль о том, что в этот раз проблемы Валерия выходили за границы его привычной сферы деятельности. И, может быть, не касались работы вовсе.

16

Спустя неделю Катя сидела в своем «Рендж Ровер», припаркованном у школы дочери. Она прождала девочку уже более тридцати минут. За это время Катя дважды пыталась дозвониться ребенку, но попытки были тщетными — телефон не отвечал.

Молодая мать вышла из машины и направилась к зданию школы.

— Здравствуйте, — Катя обратилась к классному руководителю дочери, зайдя в учительский кабинет. — А у ребят еще уроки? Я не могу дозвониться Саше.

— Здравствуйте, Катя, — вежливо ответила педагог, женщина шестидесяти лет, чей возраст оправдывал неформальное обращение к девушке. — А Саши сегодня не было на уроках. Вы разве не знаете?

— Нет, — протяжно сказало Катя. Она не видела себя со стороны, но отчетливо понимала, что ее лицо побагровело. — Ее ни на одном уроке не было?

— Сейчас посмотрю, — преподаватель раскрыла классный журнал и стала перелистывать страницы с фамилиями учеников. — Так… Лисицина… — Педагог указательным пальцем провела по листу журнала в поисках нужной строки. — Нет, ее сегодня совсем не было.

Катя покраснела еще больше. Ей показалось, что ее сердцебиение громом раздавалось по всей комнате. Саша за все пять лет обучения в школе ни разу не была уличена в прогулах. Но дело не только в этом. Материнская интуиция наводила Катю на тревожные мысли.