Книга Горелое озеро, страница 46 – Евгения Андреевна Федотова

Предзакатное солнце покраснело и спустилось за редеющий лес. Холодное лезвие реки окрасилось оранжево-багряным. Ветер был неприятно холодным, но зато он красиво трепал волосы. Селфи вышли удачными. Закат тоже. Марина вернулась в монастырь по тропинке, окаймленной алеющими кустами калины, и присела на лавочку. Осталось выбрать самые удачные кадры и выложить их в Сеть. Озябшими пальцами она щелкала по экрану смартфона, когда вдруг услышала за спиной знакомый монотонный голос:

— Добрый вечер, Марина. Я очень давно тебя здесь не видел. Я так рад, что ты пришла. Можно я посмотрю, что ты делаешь? Какой у тебя красивый телефон с картинками! У меня только обычный – с кнопками. Но он у меня хорошо работает.

Коля не стал ждать, пока Марина ответит, и сел рядом на лавочку.

От досады Марина прикусила губу. Меньше всего ей хотелось общаться с надоедливым фриком и тем более показывать ему свои фотографии.

— Пожалуйста, разреши мне посмотреть видеокартинки, – попросил Коля. – Я ведь работаю, и у меня есть настоящая зарплата. Если я смогу отложить деньги, то тоже куплю себе такой хороший аппарат.

Марина вышла из папок с фотографиями и попробовала включить Коле Ютуб, чтобы показать ролики, но как назло интернет на территории монастыря был очень слабым. Видео постоянно прерывалось.

— Слушай, давай я тебе покажу ролик с моим братом и в церковь пойду? Я замерзла. – Марина открыла папку с семейными видео и выбрала ролик со дня рождения Сережи, где он задувал свечки и смешно танцевал под «Литтл Биг».

— Ой! – встрепенулся Коля. – А как у вас оказался наш Николай Михайлович? Я его голос узнал. Он песню поет с мальчиком. Вот, слышишь про какую-то фороденцу и делококу? Это точно он! Я его знаю! Это мой друг!

— Марина, ты нормальная?! На улице пять градусов! – раздался сзади голос отца. – Ты чего на улице? Я закончил, поехали быстрее. О, так здесь еще товарищ Горшков! Рад тебя видеть, Коля.

Подойдя к скамейке, Эдуард протянул парню руку. Но тот, увидев его, встрепенулся, как испуганная птица, и не поздоровавшись, побежал в сторону монастырских келий. Эдуард растерянно посмотрел ему вслед и пожал плечами:

— Странный он какой-то… Да и ты не лучше. Я был уверен, что ты к монахиням в кельи ушла помогать, а ты здесь болтаешься! Пойдем быстрее в машину! Возьми плед с заднего сиденья. А я включу обогрев на полный. Смотри, что у меня с собой. Как раз пригодилось. – Эдуард протянул дочери дорожный термос с горячим чаем. – А все-таки, Марин, чего Николка убежал, ты не знаешь?

— Пап, давай еще из-за фриков всяких будем заморачиваться? Ты же видишь, что он малость того. Ему что угодно в голову взбрести может, – растирая замерзшие руки, хмыкнула Марина.

— Да нет… Коля как-то необычно себя ведет, – задумчиво сказал Эдуард, – он со мной уже не первый раз не здоровается. Я думал сначала, что показалось, но сейчас вижу, что он нарочно меня избегает.

— Пап, ну ты квирам тоже не уподобляйся, а? Я же говорю, он на голову больной. И тугой совсем. Прикинь, он меня попросил ему видосы показать, у него телефон допотопный, кнопочный. Так вот, здесь интернет глючит, и я ему показала старое видео с Сережкиного дня рождения. Ну, когда ему еще только четыре исполнилось. Еще дедушка тогда с нами был. И представляешь, этот чудик заявил, что он его знает. Типа, наш дедушка – это Николай Михалыч какой-то, и он в этом уверен. Я ж говорю, совсем долбанутый твой Коля.