Книга Комон, стьюпид!, или Африканское сафари для дуры, страница 63 – Наталия Доманчук

Я смотрела на этого жалкого мужчину и понимала, что очень скоро, буквально через несколько минут, он станет покойником. А я убийцей. Я огляделась по сторонам в поиске орудия убийства, но ничего не нашла, поэтому, грубо отстранив Гену, направилась на кухню. Анька в это время резала хлеб на тосты.

— Я его убью, – сказала я и начала отбирать у Аньки нож. – Я готова сидеть десять или даже двадцать лет в тюрьме, только чтоб больше его никогда не видеть.

Пока мы с Анькой отнимали друг у друга нож, к нам подошел Альберт и спокойно его отобрал.

Я посмотрела на Альберта стеклянными глазами.

— Успокойся, – тихо сказал хозяин дома.

— Он надел мою пижаму.

— Ты ему ее дала, разве не так?

Я помотала головой.

— Пойдем со мной, – он взял меня за руку и повел к себе в комнату.

Анька пошла с нами.

Альберт посадил меня на кровать, потом присел возле меня на корточки и спросил:

— Ты ночью была с Геной?

— Что? – в ужасе спросила я. – Ты с ума сошел!

Альберт встал, подошел к окну, потом опять присел и сказал:

— Я не знаю, как на нем оказалась твоя пижама, но утром он пришел в гостиную в твоих штанах по пояс голый.

— И что?

— Сергей, увидев его в этом наряде, сразу отдал ему верхнюю часть пижамы и уехал на такси в аэропорт.

— Так я и знала, – прошептала я.

— Так ты спала с Геной или нет? – вмешалась в наш разговор Анька.

— НЕТ! – крикнула я.

— Как тогда у него оказалась твоя пижама?

— Он сказал, что зашел в комнату, когда я спала, и взял ее, – я начала реветь.

— Ладно. Я думаю, что Сергею все можно будет объяснить, – сказал Альберт. – Хотя я не уверен, что это оправдание он найдет существенным.

Я заревела в голос.

— Перестань, все равно сейчас ничего не изменишь. Надо успокоиться.

— Я – дура. Мне не надо было с ним танцевать, – сквозь слезы причитала я.

— Не надо было, конечно, – спокойно согласился Альберт.

— А зачем ты это делала? Зачем вообще танцевать с мужчиной, который тебе не нравится? – Теперь Анька решила поиграть в наставницу.

Я заревела еще громче.

— Я домой хочу.

— Самолет в три часа. Потерпи, – сказал Альберт.

В дверь постучали, и на пороге показался Геннадий.

— Лорочка, ты прости меня, ради бога, я даже и предположить не мог, что ты так расстроишься.

Я махнула рукой и тихонько всхлипнула.

— Ты ничего не понимаешь, Гена, – поддержала меня подруга.

— Вот, пожалуйста, возьми, – и Геннадий протянул мне мою пижаму.

Весь день прошел как в тумане.

Я решила не портить настроение друзьям и согласилась поехать по фермам, производящим вино. В народе этот маршрут называют Винным кругом. Мы проехали около десятиферм, попробовали разное вино, домашние сыры и выпечку и в два часа были в аэропорту.

Погода была нелетная.

Нас пропустили в «Дьюти фри», мы уселись у окна и стали рассматривать самолеты, которые ждали команды на взлет.

Гена вел себя как мышонок и даже боялся заговорить со мной. Анька с Альбертом держались за руки и вспоминали крупные авиакатастрофы.

Было уже около семи часов, а погода не менялась.

— Похоже, что ночевать сегодня мы будем в аэропорту, – первым решил заговорить со мной Гена.

Я вздохнула.

Еще через час объявили посадку на наш самолет.

Аэропорт был полон народа, но вылет разрешили почему-то только нашему рейсу.

— Так я и думал, – с грустью сказал Альберт, – эта авиакомпания сразу не внушила мне доверия. Одно название чего стоит!