Книга Нелюбимый, страница 16 – Наталия Доманчук

И Алена, и Дима, да и все остальные члены их семьи знали про этот вид спорта все: сколько игр в сезоне, когда начинается баскетбольный сезон, постоянно прилетали в Штаты, чтобы поболеть и поддержать Ивана.

Она опять посмотрела на часы и подумала о том, что еще три-четыре часа, и она наберет его номер и поговорит с сыном. У него вчера была последняя игра, и она хотела уточнить, какие планы у него и когда они смогут увидеться.

И еще ей очень хотелось позвонить Сашке и спросить, как у него дела. Но она так боялась, чувствовала, что лучше потерпеть до вечера. Как раз он с Давидом придет на презентацию к близнецам, и она сразу определит его настроение.

Все так и случилось. Она встретилась с Давидом и Сашкой на первом этаже в башне, где они вместе получили пропуск, поднялись на лифте и, конечно же, Алена заметила, что сын расстроен, хотя пытался шутить и не забыл поинтересоваться:

— Ты обедала сегодня?

Пока Алена вспоминала, он уже покачал головой и предложил:

— Сразу после презентации предлагаю поужинать в ресторане «Русский». Давид, как ты на это смотришь?

— Как я понял, мы сейчас направляемся не просто на презентацию, там будет банкет и, зная размах Игоря, он будет шикарным. Так что давайте действовать по обстановке.

Алена заметила, что Давид не был хмурым, как вчера. Возможно, у него уже есть информация на Алю? И там не все так страшно?

Презентация прошла идеально, близнецы были очень довольны, они просто светились от счастья. Алена завела новые знакомства, к ней даже пытался приставать один из заказчиков, пытался угостить вином и накормить виноградом, но Сашка быстро отвел его в сторону, и после этого новый знакомой больше не подходил.

Близнецы представили Алену всем гостям и поблагодарили за то, что она является лучшей мамой на свете. Она чуть не разрыдалась и еле сдержалась, чтобы не убежать. Всеобщее внимание под любопытными взглядами окружающих ей было в тягость. Напряжение, которое все равно сквозило во взглядах Давида и Сашки, не давало Алене расслабиться, ей было неуютно, тоскливо. Ей было плохо.

Это был ее первый выход в люди после смерти мужа, и она сейчас думала о том, что он будет последний.

Алена привыкла, что муж всегда был рядом, всегда его рука лежала на ее талии, он ее защищал и спасал даже от самых пустяковых неприятностей. Дима чувствовал ее и обнимая, и на расстоянии, и в случае малейшей опасности вылетал, как ястреб на охоту. Он оберегал ее, как садовник оберегает экзотический цветок, окружая заботой, светом и любовью.

Сейчас за него это старался делать старший сын, но у него плохо получалось. Да и ни у кого бы не получилось.

Алена кинула взгляд на Давида, который стоял к ней спиной и смотрел на ночную Москву. Во время болезни Димы и после его смерти его брат очень сдал: похудел, осунулся, а в глазах постоянно читалось отчаяние. Алена подумала о том, как несправедлива жизнь. Давид был прекрасным человеком и заслуживал лучшей судьбы, а получалось, что он прожил большую часть жизни, но ни жены, ни детей у него не было. Вся его жизнь была и есть — семья его покойного брата. Чужая семья. Чужое счастье…

На следующее утро, когда и Давид, и Сашка были в офисе, секретарша доложила:

— Давид Валентинович, к вам посетительница. Без записи. Говорит, что срочное дело.