Книга Нелюбимый, страница 83 – Наталия Доманчук

Они прошли в гостиную, и Алена вкратце рассказала Давиду, почему Алевтина выбрала такую профессию.

— Не рви мне душу, пожалуйста! — попросил он. — И так чувствую себя отвратительно… Мне ее невероятно жаль, но скажи, что я могу сделать? Ответить на ее чувства? Увы, кроме жалости, я ничего к ней не испытываю. А о Сашке ты подумала?

— Да я тебе рассказала для того, чтобы ты не думал, что она дрянь какая-то… Я же вижу, что ты к ней необъективно относишься.

— Я не хочу давать ей ни малейшего повода думать, что между нами что-то может быть.

— И поэтому ты даже в душе своей ее не принимаешь? За что ты на нее злишься?

Давид закрыл ладонями лицо.

— Не делай такой мученический вид!

Он сбросил руки и в упор посмотрел на Алену:

— Мне обидно, что она не принимает Сашку. Он для меня… сама знаешь, как я его люблю. И могу тебе точно сказать, пусть она хоть святой будет с крыльями за спиной, я приму и, возможно, даже полюблю ее, только если она сделает Сашку счастливым. Все. Других вариантов нет.

— Понятно…

Еще через полчаса пришел Сашка, и они вместе уселись в столовой ужинать.

Настенька так устала, что уснула у Давида на руках. Он ее уложил в кровать Алены, подложив сбоку подушки и сказал:

— Завтра поеду и куплю кроватку, а то ты мучаешься с ней!

— Не надо. Нам хорошо спится вместе. Она меня по утрам будит слюнявым поцелуем, — засмеялась Алена.

— А… ну тогда ладно! От слюнявого поцелуя я бы тоже не отказался!

В дверь позвонили, и Алена пошла открывать. Она даже близко не представляла, кто это мог быть. Игорь днем позвонил и предупредил, что они с Ильей приедут только на выходные и скорее всего на дачу. Они предлагали провести там уикенд и сделать шашлыки, как раз погода стояла шикарная. Дашу она тоже не ждала, ведь та попросила побыть пару ночей с внучкой.

Но на пороге была Даша и сразу начала кричать:

— Это вы виноваты! Ты и папа! Зачем ему надо было, чтобы я выходила замуж за этого бродягу?

В прихожую на крик вышли и Давид, и Сашка.

— А ну-ка ротик прикрой! — возмутился Давид.

— А то что? Ты мне кто? Отец?

У Алены ноги подкосились от такой наглости. Она присела на кушетку и испуганно посмотрела на Давида. Только бы он не обиделся на ее слова, только бы не ушел! Для нее было настолько неожиданным поведение дочери, что она и рта открыть не смогла, чтобы закрыть его Даше.

— Я твой дядя. Родной дядя! И на данный момент заменяю тебе отца. И если ты еще раз позволишь себе оскорблять и обижать членов нашей семьи, то я сам всыплю тебе, раз в детстве не додал порки.

Давид заметил, что Алена побледнела, подошел и положил руку на ее плечо, мол, я с тобой, не переживай, справимся и с этой проблемой.

Но Даша была на взводе и успокаиваться никак не желала:

— Обниматься и целоваться будете, когда хотя бы год со дня смерти отца исполнится!

Давид не сдержался, рванул в ее сторону и влепил пощечину.

Даша вскрикнула, посмотрела на мать, на Сашу, который даже не поменялся в лице и поддерживать ее не собирался, и, крикнув: «Да пошли вы все!», — выбежала из квартиры.

Давид устало поплелся на кухню, упал на стул и замотал головой.

— Прости, — произнес он шепотом.

— Это ты нас прости, — Алена подошла к нему ближе. Хотела обнять, но побоялась. Включила чайник, заварила чай и налила ему и Сашке.