Книга Затмение страсти, страница 59 – Дженис Мейнард

— Я люблю тебя, Кейт!

— И я обожаю тебя, мой большой, самоуверенный, великолепный шотландец.

Кейт словно парила на крыльях счастья. Хотя ее тело отяжелело, она чувствовала себя легкой, как облако или перышко.

— Займись со мной любовью, Броуди, – прошептала она. – Я скучала по тебе.

Он напрягся в ее объятиях.

— Мы не можем, любовь моя. Это опасно.

— Прошла неделя. Я посчитала. Я в порядке, Броуди. Здорова, как лошадь. И мы будем нежными и аккуратными. Пожалуйста.

Она хотела своего мужа и не желала ждать ни минуты дольше. К счастью, на нем было не так много одежды. Она провела руками по его твердой обнаженной груди.

Броуди прерывисто вздохнул. Его крупное тело было напряжено.

— Ты скажешь мне, если хоть что‑то причинит тебе дискомфорт?

— Конечно.

Прежде чем она успела что‑либо сделать, Броуди сорвал с нее футболку и повалил на спину.

Кейт тяжело дышала, ее соски затвердели, а кожа покрылась мурашками.

— Я хочу тебя, Броуди. Не заставляй меня ждать!..

У Кейт перехватило горло от слез – это была долгая несчастная неделя, она едва не потеряла все…

— Больше никаких слез, милая невеста. Теперь мы вместе. Ты, я и наш сын.

Нежными руками он перевернул ее на бок и вошел в нее сзади, обнимая ее и лаская грудь.

— О да, – прошептала она, уже близкая к вершине.

Броуди уткнулся носом в ее шею, его теплое дыхание коснулось ее кожи.

— Когда я внутри тебя, – пробормотал он, – я не хочу, чтобы это заканчивалось.

— Не останавливайся, – выдохнула Кейт.

— Никогда, – поклялся он, двигаясь сильнее, быстрее.

А потом он прикоснулся к ее клитору и заставил ее летать…

Броуди чувствовал себя странно, но это было лучшее, черт возьми, чувство в его жизни!

Женщина, которую он обожал, была в его объятиях, и они оба сгорали от желания.

— Я думаю, уже больше трех часов ночи, – простонал он. – Может, нам стоит поспать?

По крайней мере, один из них должен проявить хоть немного здравого смысла. Он в скором времени станет отцом. Ему стоит попрактиковаться в принятии зрелых решений.

Кейт обхватила пальцами его пенис.

— Держу пари, мы могли бы попытаться еще разок.

Он посадил ее к себе на колени и плавно, нежно вошел в нее. Когда их тела соединились, его возлюбленная вздохнула и положила голову на его плечо. Он схватил ее за ягодицы и притянул к себе, погружаясь все глубже.

— Я люблю тебя, моя дорогая жена.

— И я люблю тебя, Броуди.

— Пока смерть не разлучит нас?

— И даже дольше.

— Это все, что мне нужно было услышать.

Дункан Стюарт вошел в больницу с пульсирующими висками и замирающим от волнения сердцем. Наконец‑то наступил долгожданный момент. Где‑то в стенах этого огромного здания рождался крошечный ребенок, первый в новом поколении Стюартов. Это был великий день. Броуди и Кейт на седьмом небе от счастья и безумно любят друг друга. Скоро они покинут Северную Каролину и вернутся в Шотландию.

Но не бабушка. Упрямая, замечательная бабушка Стюарт была полна решимости остаться в доме, который она делила со своим мужем, и продолжать вести бизнес, который они построили с нуля. Для нее не будет возвращения в Шотландию. Это означало, что «кто‑то» должен быть принесен в жертву на алтаре семейной ответственности.

Дункан почувствовал, как невидимая петля затягивается у него на шее. Он был холост. У него не было ничего и никого, кто мог бы удержать его дома. Для него было совершенно разумно остаться с бабушкой Изабель и помочь сохранить дело всей ее жизни.

Ну и что с того, что Дункан бросил свою работу, свой дом и своих друзей? Он был счастлив это сделать. Иначе и быть не могло. Разве не его обязанность встать на страже американской части их семейного наследия? Он принял решение, и теперь все – родители, друзья, бабушка, Броуди и Кейт – благодарили его за самоотверженность и доброе сердце.

Дункан с мрачным лицом нажал кнопку лифта и погрузился в свои мысли. Он проклятый лицемер. Он останется. Но только потому, что другого выхода нет…