Книга Навсегда в ее сердце, страница 13 – Дженис Мейнард

Лейла решила сменить тему:

— Как все себя чувствуют после сегодняшнего?

— Папа, разумеется, психует. Он злой, как черт. Мама пытается успокоить его весь день. Вика и Морган это не особо волнует. Дядя Дэниэль должен был вернуться в Париж, но папа запретил ему уезжать, пока мы не разберемся.

— «Запретил»? Боже правый, мы же не в королевской семье.

— Наши мужчины уже решили отдать ему право главы семейства, — фыркнула Челси.

— Значит, дядя Дэниэль остался?

— Только до утра вторника.

— На самом деле я так не хочу ехать к юристу, — призналась Лейла. — У меня от них мурашки.

— Я тоже не хочу ехать, но мы должны сделать это вместе.

— Думаешь, наша семья странная? — Лейла потерла висок, у нее уже начинала болеть голова.

Челси закатила глаза:

— У меня есть право хранить молчание?

— Я серьезно. Разве не странно, что мы все живем под одной крышей?

— Здесь полторы тысячи квадратных метров. И еще пятьсот на заднем дворе. У каждого из нас в любом случае есть свой уголок.

— Конечно. Но что насчет Вика? У него всегда есть девушка. Разве ему не хочется немного личного пространства?

— И-у-у-у. Не хочу говорить о сексуальной жизни нашего брата.

— Но почему он остается здесь? Разве одинокий мужчина не должен жить отдельно?

Челси медленно покачала головой:

— Иногда я забываю, насколько ты милая и наивная. Поверь, Лейла. Я почти уверена, что у нашего дорогого брата уже давно есть квартира в городе.

— Но почему он все еще имеет право жить здесь?

— Ты же знаешь, ему нравится быть любимым сыном и внуком. Он хочет, чтобы ему отдали ранчо. Жители требуют, чтобы он не уходил от того, чем занимался отец.

— Понимаю.

— У нас у всех достаточно денег. Любой из нас может уехать, если захочет. Да, Лей-Лей? Хочешь расправить крылья?

Почему-то детское прозвище Лейлы прозвучало слишком сентиментально.

— Нет. Я не хочу уезжать. По крайней мере, не сейчас. Думаю, я такая же, как Вик. Продолжаю надеяться, что папа однажды заметит, что мы с тобой тоже можем управлять ранчо не хуже, чем его драгоценный сын.

— Я бы не ставила на это. Видимо, наличие пениса — обязательное условие для техасских фермеров.

Лейла улыбнулась.

— Или, по крайней мере, для тех, кто живет в Ройяле. — Лейла зевнула. — Я вымоталась. Приму душ и лягу спать.

— Я почти досмотрела. Скоро тоже пойду.

Поднимаясь по лестнице, Лейла думала над шуточным вопросом Челси. Хотела ли она жить отдельно?

Раздевшись в ванной, она пыталась не смотреть на себя в зеркало. Она все еще помнила теплую мужскую ладонь, нежно обнявшую ее за шею. Как бы она ни старалась, все равно не могла поверить, что мужчина, с которым она провела вечер, — Джордан Бенке.

С ней был Джошуа, но что это значило? Зачем они поменялись? Даже Бертрам Бенке упомянул подростковую влюбленность Лейлы. Видимо, старик понятия не имел, что его мальчики что-то замышляют.

Лежа в постели с выключенным светом, она беспокойно возилась под одеялом. Она закрыла глаза: все, что она видела сейчас, — прекрасные голубые глаза-ирисы с искоркой смеха и желания. Было ли это на самом деле желание?

Однажды ее уже одурачили.

Она не могла позволить себе сглупить во второй раз.

Но даже после самобичевания она продолжала мечтать о том, кто поцеловал ее сегодня вечером…

В юридическом офисе было еще хуже, чем в похоронном бюро. На встречу с семьей Лейла приехала на машине, а до этого пообедала с подругой. Она вошла в холодную и неуютную комнату.