Книга Ягодный мусс, страница 33 – Дарья Демидова

Аделина удивлённо вскинула брови, но промолчала.

— Не против, если я закурю?

— Вы же повар, — удивилась Адель.

— Иногда вредные привычки берут верх, — он достал из кармана пачку сигарет и предложил девушке. Адель не отказалась, — Наташа родилась, когда мне было пятнадцать.

— Сколько?! — Адель чуть не поперхнулась кофе от такой новости.

— Да-да. Начало девяностых, в Советском Союзе секса не было и всё такое. Хотя в моей семье это скорее гены — моя мать родила меня в шестнадцать. Когда Наташа была в этом нежном возрасте, я молился, чтобы она не повторила наших ошибок и рассовывал ей по карманам презервативы.

— Офигеть, извините за выражение, — Адель не смогла сдержать смех.

— Смейтесь, смейтесь, я на вас посмотрю лет через двадцать, когда вы будете бдеть своих малолетних дочерей, — улыбнулся Максим и продолжил, — мы с её матерью учились в одном классе. Это была первая любовь. По сути, мы были детьми и мало, что соображали.

Мы узнали о том, что Ира беременна, когда ребёнок начал толкаться. Она не отличалась особой стройностью, поэтому живот не был заметен. Был грандиозный скандал с вызовом полиции и органов опеки, но поскольку мы были ровесники, то мне ничего не могли сделать.

Её родители сразу сказали, что им ребёнок не нужен, и вообще, она родит и делайте, что хотите. А мои сказали — нет проблем — заберём себе, но вы внучку не увидите. Собственно, они сначала хотели записать Наташу на себя, но потом решили, что это неправильно, и ребёнок должен знать, кто её отец. Таким образом, в пятнадцать лет я стал отцом-одиночкой.

— Это — жесть!

— Жесть. Первые семь лет Наташа была полностью на попечении моей мамы. Пока я доучивался и был в армии, её воспитанием занимались мои родители. Потом, когда они решили переехать за город, встал вопрос о том, что нам делать с ребёнком. Я решил, что раз уж я отец, то должен нести за неё ответственность, тем более, что Наташа уже была самостоятельной и поступила в первый класс. Вот так и живём.

— А её мать?

— Появилась пару лет назад. Попыталась наладить отношения, правда я так и не понял со мной или с дочерью. Тогда я впервые узнал, что Наталья гуру ненормативной лексики, — Максим грустно улыбнулся, — в любом случае, Наташа ненавидит всех женщин, с которыми меня связывали отношения.

— В чём причина? — удивилась Аделина.

— Думаю, она боится, что, если у меня появится семья, ей в ней места не будет.

— Но это же бред!

— Когда ей было одиннадцать в моей жизни появилась женщина. Она быстро нашла общий язык с дочерью, и всё было нормально. А потом Наташа начала устраивать истерики и просить, чтобы я выгнал Надежду. Оказалось, что ребёнок слышал, как та общалась с подругой по телефону и говорила, что как только мы поженимся, она сделает всё, чтобы Наталья поехала жить к моим родителям.

— Вот, зараза.

— Ещё какая! Всё — детская психика пострадала и уже много лет страдает, а я не знаю, что делать.

— Психолог? — предложила Адель.

— Знаете, сколько я на них денег спустил? Всё без толку! Приходится мириться.

— А ты чего дома? — у Адель за спиной раздался голос Наташи.

— А ты где шляешься? — Максим строго посмотрел на дочь.

— Извини, детка, — девушка протянула Аделине пакет с вещами, — я нашла твои клёвые штаны и никак не могла подобрать к ним рубашку.