Книга Мемуары попаданца. Том 1, страница 109 – Дарья Демидова

— Чего-то ты спасибо рабыне говоришь? Этой паскуде плетей не помешает, а не спасибо, — заржал боров, а я получил сразу три предупреждающих взгляда от товарищей.

— Так не знал, что рабыня, — буркнул я и уставился в тарелку, чем вызвал ещё больший смех уже не только от борова, но и от остальных свиней.

— Мой друзья и я идём в Гинвиндел, — начал разговор Хашим, когда все умолкли. — По дороге на нас нападать земленорки. Спасти удастся, но мы потерять вещи. Если вы дать нам провизий и открыть ворот, мы быть благодарны.

Боров сощурил глазенки и, крякнув, поудобнее устроился на стуле.

— А зачем вам в Гинвиндел? Мы с ними дел не ведём, разве что рабов поставляем. А с вами я рабов и не увидел.

— Нам надо пройти, остальной не ваше дел. Или вы сомневаться в словах воина Мортербрана? Владыка Гиендук быть недоволен.

— Нет-нет! Что вы? Не сомневаюсь. И провизию выделю…

— И проводник, — отрезал Хашим.

— И проводника, — кивнул боров.

Было видно, что он испугался имени владыки и спорить с крылатым не хотел, во избежание больших проблем.

— А карта мира у вас есть? — спросил я.

На меня все уставились как на придурка. Только местные с удивлением, а товарищи с видом «ну что у тебя шило в заднице что ли?» Похоже, что так.

— Нарисую, — проговорил старикан, закидывая в рот очередную ложку похлёбки и по-прежнему уставившись в тарелку.

Теперь все взгляды обратились на него, а я даже перегнулся через стол, чтобы получше его разглядеть. Чем-то напомнил одного волшебника из Англии, только этот был невысокого роста и щупленький.

— Раз господин Оллин сказал, значит нарисует! — хлопнул по столу боров. — Знаете он какой учёный? Книг множество прочитал! Гномий знает, и даже эльфийский! Голова! Повезло, что застали его! Он же раз в круг приезжает, привозит бумагу, указы и прочее, детишек, что народились от шлюх забирает.

Мы с Рисей переглянулись. Ну и нравы тут. А я наклонился к Леху и шёпотом спросил:

— Раз в круг?

— Год, по-вашему. В Транникии кругом называют, в Ронгорне семион, от Бога Семиона, что временем и погодой правит. Но так-то везде кругом стали звать.

Я кивнул и уставился в тарелку. Находится здесь было неприятно, но есть хотелось жутко. Так что я молча набивал брюхо, как и Рися. А Лех с Хашимом взяли на себя беседу. В основном спрашивали о новостях столицы и Мортербрана, да что творится в дебрях Догрила. Не обошли стороной и паскудников эльфов. Этих гадов нигде не любили, хором желали им подохнуть самой страшной смертью.

Так прошел, по моим ощущениям, час, и я уже начал клевать носом, когда Хашим объявил, что нам пора отдыхать.

Боров попросил господина Оллина проводить нас до казармы и наказать дежурным выделить комнату. Сам он, кряхтя, вышел провожать на порог. Я огляделся, но Марти нигде не увидел. Опять смылся засранец! Хотя сейчас я был скорее рад этому: нечего свиньям задавать лишние вопросы. А Марти для этого мира животинка слишком приметная.

Распрощавшись с хозяином сего оплота безнравственности и свинства, мы направились к казармам вслед за стариком.

Господин Оллин по дороге размышлял о жизни на границе вдали от цивилизации. Сетовал, что везти ему в приют аж целых три младенца. Кормить их придётся одной матери, которую потом отправят обратно под конвоем. Рабыня, ничего не поделать. Я начал проникаться уважением к старику. Говорил он об этом с сожалением, и явно был за отмену рабства, но ничего поделать не мог.