Книга По ту сторону северного ветра, страница 82 – Дарья Демидова

Гроган и Келен должны были отправиться в Тирину, чтобы восстановить порядок у гуанов. Вадиму понравилось предложение Лима сделать наместником тех земель Ламиту. Эта девушка обладала всеми качествами, что обычно присущи достойному правителю. Её нескончаемая энергия и энтузиазм делали Ламиту великолепным образцом креонской княжны. Учитывая новые обстоятельства, логично было бы предложить девушке переехать в Тирину — двум княгиням в Царне будет тесно. Горячий темперамент обеих девушек не даст им ужиться.

Вадим решил, что сегодня же напишет Ламите письмо с предложением стать его правой рукой на землях гуанов.

— Как дела? — Келен стоял на пороге шатра и наблюдал за братом.

— Неплохо. Я, кажется, решил проблему с наместником в Тирине.

— Правда? И кто этот счастливчик? — спросил мужчина, усаживаясь на стул рядом с кроватью.

— Лим предложил отправить туда Ламиту. Думаю, в этом есть смысл.

— Хорошая идея. Ламита справится, и потом, она не будет докучать Лиму. Я полностью поддерживаю это решение.

— Тогда дай мне бумагу и древко. Я напишу ей сейчас же, и ты отправишь гонца.

Келен подошёл к столу, на котором лежали письменные принадлежности. Тонкие почти прозрачные листы бумаги, которые изготавливали в Новой Гиперборее отличались прочностью. Их изготавливали из древесины и пропитывали специальным составом. Даже влага была им не страшна. Древком называлось приспособление для письма, похожее на обычную ручку нашей планеты: в деревянную основу вставлялась серебряная трубочка, куда заливали чернила и одевался тонкий наконечник для их дозирования.

Когда Саша впервые увидела местную ручку, она была в восторге. Это чуть ли не единственный предмет в этом мире, который был похож на то, что она оставила дома. Видя её радость, Вадим подарил ей целых три древка с разными чернилами: чёрными, красными и даже белыми, изготовленными при помощи извести.

— Я отправлю гонца, но сначала хотел с тобой поговорить, — сказал Келен, когда Вадим сложил письмо и передал его брату.

— О чём?

— О Саше, — Келен достал из-за пояса кинжал, украшенный сапфирами и гиперборейскими узорами.

— Твой кинжал.

— Я дал его Саше перед сражением.

— Мне это известно.

— Когда мы собирали тела убитых на поле боя, я увидел рукоять кинжала, торчавшую из шеи одного из гуанов. Мало того, я знаю имя этого человека. Его звали Рамин. Он участвовал в убийстве Ганаса и его семьи. Кинжал был у Саши, понимаешь? Я не стал с ней об этом говорить, но Лета сказала, что после битвы видела, что лицо и вся одежда девушки была в крови.

— Почему ты раньше об этом не рассказал?

— Ты был слишком слаб. Я не хотел тебя лишний раз тревожить.

Вадим взял кинжал и положил на столик рядом с кроватью. Келен попрощался и вышел чтобы отправить человека с письмом в столицу креонов, Царну.

9

Весь день Саша помогала Идипу делать новые бинты для перевязок. Ещё многие люди с серьёзными ранениями нуждались в большем уходе, но лагерь постепенно наполнялся жизнью. Те, кто уже был в состоянии вставать с постели перебирались в специально установленные для них открытые шатры и наслаждались жаркими солнечными днями.

Уже неделю на небе не было ни облачка. Погода стояла отличная и настроение среди воинов царило приподнятое. После сражения снова стали возвращаться женщины и подростки с ближайших городов и деревень, чтобы помогать в приготовлении пищи и прочих бытовых вопросах. Лагерь наполнился девичьим смехом и радостью победы. Всё плохое стало отступать и, хотя скорбь от потерь до сих пор мучала сердца людей, она постепенно уступала место новой, счастливой эре единого гиперборейского царства.