Книга Роза под снегом, страница 1 – Марина Кравцова

Первое, что я увидела – снег… На полотне вечернего неба – белые пчёлы, хрупкие цветы, безупречные крохотные звёзды. Сцепляются лучиками, словно не могут друг без друга, собираются в хлопья… Снежинки.

Снег… что сравнится его с невесомой грацией? Снежинка за снежинкой опускается на тебя, льнёт к тебе, целует в щёки, тут же тая от этой нежности. А если будешь сидеть и не двигаться, так и охватит всю, закроет собой и заберет – куда? Может быть, туда, откуда я и пришла?

У меня есть осознание этого мира. Надо мной свисают заледеневшие ветви деревьев. Я понимаю, что сижу на чём-то твердом и холодном, и это, наверное, скамейка, а вокруг всё в оранжевом свете местных светильников – уличных фонарей. Всё это я как будто уже видела… или чувствовала…

* * *

Он появился из неторопливого снегопада, словно мороз нарисовал его на тёмно-сером стекле, а потом выпустил в наступающую ночь. Стройный и лёгкий, с чуть вьющимися каштановыми волосами, припорошёнными белыми хлопьями… В его горбоносом худом лице с тонкими чертами мне виделась хрупкость и ломкость снежинок… Он остановился передо мной. И я сказала:

— Здравствуй.

Юноша молча смотрел на меня… Кажется, раньше я не встречала никого в такой одежде, но могу перечислить – утеплённая куртка, джинсы, длинный синий шарф… Странно… какова же всё-таки разница между «знаю» и «помню», да и есть ли она? А он смотрел, смотрел… и как будто узнавал…

— Как тебя зовут?

И вновь – «знаю» или «помню» я этот голос? Сейчас приглушённый, но я не сомневалась, что вообще-то он довольно приятный и звучный. Что это он спросил? Как меня зовут? И что ответить?

Мы просто глядели друг на друга. Мы просто…

— Не хочешь познакомиться? – кажется, он огорчился. – Но ведь ты… ты же есть на самом деле!

Я по-прежнему молчала, не зная, что сказать, и юноша смущённо поправился:

— То есть я удивлён, что на свете есть такая красота.

— Ты можешь называть меня так, как тебе нравится, - наконец ответила я на его вопрос. И сильно удивила этим своего собеседника.

— Что? – переспросил он.

— Придумай мне имя.

— Так ты и вправду…

Он волновался. Очень волновался.

— У тебя красивый голос, - сказала я.

И снова пауза, заполненная мягким полётом снежинок – их падением длиною в маленькую жизнь, чуть слышным старческим ворчанием деревянной скамейки, ярким светом земных оранжевых звёзд, что называют здесь фонарями…

— Можно тогда я буду звать тебя Ариной? – смущённо предложил юноша.

— Можно. А ты?

— А я Кирилл.

— Кирилл…

Я задумалась, на что похоже это имя.

— На цветок? – произнесла я вслух.

— Прости?

Он не понял.

— Твоё имя… Оно распустилось для меня бутоном среди снега, но каким же именно? В цветах я разбираюсь очень плохо. Я… видела… только белые… Но ты… нет. В тебе синь и бирюза. Кто же ты?

Он присел рядом со мной, даже не стряхнув снег со скамейки. Теперь я видела его лицо очень близко… и глаза… большие, чуть раскосые…

— Я просто человек.

— Неправда.

— Я художник, если тебе интересно. Арина… Значит, видела только белые цветы? Тогда ты – роза в снегу.

— Снежные розы я знаю. Они прекрасны.

— Как и ты. Безупречная. - Он был серьёзен и безуспешно пытался скрыть волнение. – Всё, что есть в тебе… Черты лица, движения… Снежинки сверкают в чёрных волосах. Таких, как ты, не бывает.