Онлайн книга «Игры судьбы»
|
Выйдут из строя у нас все самолёты – лётчики улетают за новыми. Куда? Нас учили в то время подобных вопросов не задавать. Мы опять переживаем – как долетят, долетят ли, передовая – рядом. Запомнился и другой эпизод. Как-то поступила команда капитана Субботина: — На вылет! – лётчики и стрелки побежали к своим самолётам. А к ка- питану подбегает один из только что прибывших стрелков – кудрявый, красивый мальчик – и детским голосом говорит: — Товарищ командир! Не берите меня сегодня! Сегодня я погибну! Разрешите вылететь на выполнение задания завтра! – как завтра? Сегодня стрелков не хватает! Субботин приказал, мальчишка заплакал и полез в кабину. Когда самолёт вернулся, оказалось, стрелок был мёртв… Однажды за стрелка летала наша девочка, сама вызвалась. Как-то, перед наступлением наших войск, мы долго не спали, мечтали о том времени, когда война закончится, домой вернёмся. Лежим на земле, болтаем, вдруг кто-то из девчонок говорит: — Послушайте! Что это? – приложили уши к земле. Тут и мы услышали: ЗЕМЛЯ СТОНАЛА! Стонала, как живое существо. Непонятный, страшный, утробный гул! Нельзя было определить его источник – он исходил сразу отовсюду! Сейчас бы я сказала, что гул этот был не техногенного, а геофизического происхождения, но раньше мы таких слов не знали… Потрясены были, волосы стояли дыбом… Ни до этого, ни после я уже не слышала ничего подобного! Потом всё резко прекратилось, мы не могли прийти в себя. Думали о том, как люди искалечили Землю, какой нанесли урон ей и всему живому, а прежде всего – себе. Ведь задача всех молодых людей, погибших на войне с этой и с другой стороны, была не в том, чтобы убивать себе подобных, а в том, чтобы продлить свой род, закинуть в будущее свою цепочку ДНК! Но этого уже не будет… Мы видели линию фронта – высокая стена огня на горизонте и грохот орудий. Земля снова сотрясалась и гудела, но это было совсем другое, вовсе не похожее на то, что слышали мы. Из девочек наших погибли две. Горько это вспоминать… — А кто похоронами занимался? – спрашиваю я Елену Степановну. — Был такой – батальон аэродромного обслуживания – БАО, он обеспечивал нас питанием, одеждой, осуществлял всю хозяйственную деятельность, и… хоронил. Закопают да табличку прибьют на колышек или на соседнее дерево – такой-то человек… — А кто вам письма писал, Елена Степановна? — За два года получила три письма от матери, она тогда судьёй в Петропавловске работала, и только что похоронила своего сына – моего брата, Виталия. Ему исполнилось 18 лет, работал он на заводе Кирова пескоструйщиком. Заболел вместе с другом тифом, друг выжил, а брат – нет. И что мне пишет мать? Не сюсюкает, не просит беречь себя, нет, она пишет: «Бей врага!», «Себя не жалей!», «Спаси Родину!» Такие раньше люди были… А тут бомбили наш аэродром, меня ранило двумя осколками в шею. Попала я сначала в Калининский госпиталь, потом перевели в Ивановский, два месяца пролежала, комиссовали. Тогда уже перелом в войне произошёл, стали девушек жалеть. Поехала домой, открывает мне дверь мать, я её не узнала – старуха. Седая, отёкшая от голода, в мужских старых валенках, подошвы подвязаны верёвками, судья, называется… Зарплата у судьи тогда была 500 рублей, а булка хлеба стоила 1500, вот и судите. |