Книга Там, где бродят кенгуру, страница 48 – Любовь Матвеева

Людей в аэропорту тысячи. Чёрные, белые, жёлтые. Этих, жёлтых, больше всего. Несколько огромных терминалов, в каж- дом – десятки рейсов. Заблудиться легко, поэтому дочь зака- зывает сопровождение, чтобы я чувствовала себя увереннее.

Так китайцы поплатились за тот ужас, который я испытала при первом перелёте через Китай в Австралию. Там, в Китае, легко не только потеряться, но можно быть убитой… Такая обстановка… А по стране ещё и шайки бандитов орудуют. Недавно они вырезали сразу тридцать человек и больше ста ранили на какой-то железнодорожной станции.

Я столкнулась с тем, что мало кто в аэропортах, в гостиницах и вообще никто, а что уж там говорить о водителях, не понимает не только по-русски, но даже по-английски. Допускаю, что так – не везде.

Аэропорты огромные, и если между рейсами всего полчаса, а тебе надо не только найти место посадки, но и открыть визу? И при этом ты вынужден таскать весь свой багаж с собой – его при всякой пересадке выдают на руки?

Теперь же меня в любом аэропорту мира у самолёта встре- чает услужливый гражданин Поднебесной с… инвалидной коляской, в которую нельзя не сесть. Он транспортирует меня по всем этажам, лифтам и переходам от самолёта к самолёту, отвечая за меня головой.

Я знакомлюсь со своей сопровождающей в Сингапуре. Это пожилая китаянка Дай-Ди-Ти. Родилась она здесь, вдали от родины. Не замужем. Вместе с незамужней, тоже уже не- молодой сестрой, они снимают квартиру. Ни мужчин, ни де- тей у обоих нет, вся жизнь их – это работа. Для собственных нужд они зарабатывают достаточно. Жизнью своей довольны и про родину предков слышать не хотят. Представьте – всё это я узнала из нашей беседы, когда каждая из нас знает только свой язык…

Ой, что-то массажёр долго не останавливается! Мнёт и мнёт мои щиколотки, икры. У меня же расширенные вены! А вдруг оторвётся тромб? Пожалуй, хватит… Хорошего помаленьку. Я останавливаю автомат-массажёр и снова подхожу к окну.

От нашего самолёта отошёл автомобиль-заправщик. Вот из салона спускается цепочка китайцев с большими чёрны- ми пакетами – мусором. Уже загрузили ящики с питанием. Скоро посадка.

Около регистраторов появился и наш экипаж – лётчики, стюардессы. Одна стюардесса, крупная женщина с шоколадной кожей и с неправильно поставленными ногами – иксом – кажется мне очень знакомой! Возможно, я с ней уже летала.

Пора на посадку.

За окном стемнело, дождь так и не начался. Туча рас- сеялась. Я сажусь на своё инвалидное кресло, и Дай-Ди-Ти везёт меня на проверку документов мимо очереди. Так положено, и я уже не стесняюсь. Рядом маленький китаец везёт здоровенного парня с ногой в гипсе. Ещё в таких же креслах везут двух-трёх неходячих старушек.

В руках многих пассажиров, идущих на контроль, вижу красные паспорта. Наши, русские? Нет. Оказывается, это ан- гличане! Моя молоденькая соседка в салоне тоже англичанка. Они летят с мужем в Ирландию, в Дублин. «Ну, как там у вас, война?» «Нет, сейчас пока тихо», – отвечает. Мы знакомимся.

— Чама! – представляется она. Боже, как можно дать девочке такое имя? Удивляюсь я не в первый раз. Впрочем, может, на их языке эти звуки – благозвучные и вызывают по- ложительные эмоции?

Девушка очень худа и очень красива. Ей двадцать пять лет. С таким же молодым другом она летит из Таиланда, где они отдыхали. Узнав, что я русская, парень, Ник, выдаёт весь запас известных ему русских слов: «хорошо», «здравствуй», «сколько стоит», «ты красивая»! Он бывал в Санкт-Петербурге!