Книга Обещал жениться, страница 92 – Любовь Матвеева

— Очень удобно! Я с ними уже месяца полтора хожу! Раньше-то акриловые наклеивала, а этот раз – гипсовые. Но поняла – акрил лучше!

Подумать только, я и не знала, что ногти могут быть гипсовыми! А от живых не отличить. Как мой наращенный зуб! Чего достиг прогресс! Отстала я от жизни!

— Дорогое удовольствие, наверное?

— Да нет. Мне по-знакомству сделали – всего за две тысячи. А обычно – восемь-десять тысяч стоит…

— Ничего себе! – снова изумилась я. – А кем вы работаете?

— ТЕХНИЧКОЙ на шиномонтажной станции.

— Техничкой? Невероятно! Ну и что, обращают там внимание на ваши руки?

— Обращают. Женщины…

— А мужчины?

— Не знаю.

— Так вы для кого это делаете?

— Для себя.

Это мне тоже недоступно. Если я что и делаю в плане красоты, то только в расчёте на внимание противоположной половины человечества.

— И что, работа ваша хорошо оплачивается?

— Хорошо. Тридцать пять тысяч тенге получаю!

У нас это – немного больше минимальной пенсии, и в два раза меньше, чем нужно на скромную жизнь. Какая непритязательность!

— Муж есть?

— Нет. Выгнала двадцать лет назад. Сейчас он живёт в Восточном Казахстане. Не забывает. Звонит иногда: «ты самая лучшая», говорит. Сейчас у него после меня третья семья, есть с чем сравнить! – смеётся она.

— Детей-то хороших вырастили?

— Хороших. У меня дочь и сын, оба уже свои семьи завели. Работают! Младшему внуку полтора года, старшему – четыре.

— Живут отдельно?

— Нет, со мной.

— У вас большая квартира?

— Однокомнатная.

— Вы меня всё больше удивляете! Как можно ладить в однокомнатной квартире стольким людям?

— У нас никаких проблем нет. Сын живёт в зале, дочка в кухне, а я… в коридоре. Ничего! Раньше ещё теснее жили! – женщина снова смеётся, и я опять вижу, что у неё сильно недостаёт зубов.

— Какая же вы добродушная! Другая бы от такой жизни повеситься захотела, а вы всем довольны. Зубки-то собираетесь ремонтировать?

— Когда внуки вырастут, не раньше. К тому времени и остальные выпадут, сразу две челюсти поставлю. А пока только на маникюр хватает! – отвечает моя скромная соседка. Что ж, я понимаю её – у каждого свои приоритеты. Может, эта маленькая слабость помогает ей жить?

— Не-ет, это – не жизнь, – говорю ей напоследок, – отделяйте своих детей!

С неё спадает маска довольного всем человека, глаза как-то сразу тускнеют, становятся заметнее морщинки:

— СКОРЕЕ БЫ ОТПИЯВИЛИСЬ!..

Было это давно – в середине прошлого столетия. Жили у нас в соседях Алпеевы, муж с женой, да их сынок Володя. «Алпеиха» – тётя Фрося – очень больна была, и муж Евдоким её жалел и оберегал, как мог. Чайника с плиты жене снять не давал – всё сам старался! А работал он на Старом элеваторе, грузчиком, там же, где мой отец шоферил. Жили мы рядом с элеватором.

Как-то был праздник «Девятое мая», и все поехали за город, на озеро Пёстрое, место первых «маёвок». Ну, там компании всякие, пикники, скатерти разостланные с угощениями на свежей травке, на берёзках первые листочки разворачиваются… Весело!

Тут подъехала буфет на грузовой машине, и все стали ломиться, карабкаться на неё за пивом. Забрался и Евдоким. Давка ужасная, все хотят отличиться, к своей компании вернуться со свежим пивком… Случайно или намеренно – а сбросили Евдокима с машины! Упал он неудачно, на голову. Сломал второй шейный позвонок, недели две пролежал без движения дома, и умер.