Книга Я тебя присвою, страница 12 – Dari Gray

В горле резко пересыхает.

Слюны во рту становится так много, что сглатываю её и чуть не давлюсь. Слишком вязкая.

Ко всему этому ужаснейшему состоянию примешивается тошнота.

На глаза наволакивает пелена.

Я как в тумане. Все чувства притупляются. Мне кажется, я сейчас слышу все звуки из-под купола. Как будто меня в раз отгородили от внешнего мира. Я сейчас в вакууме.

Только чувство боли и я. Больше ничего вокруг нет.

Наконец звенит звонок, призывая к окончанию занятия.

Резко пытаюсь встать и сгибаюсь пополам от пронзающей, как острый кинжал, боли.

Климов что-то рассматривает на экране своего мобильника.

Обидно.

Даже в такой ситуации ноль внимания. А если я сейчас здесь умру?

Боль немного притупляется, и я хотя бы могу идти.

Выйдя из кабинета на летаю на Дементора.

— Марковская, я конечно понимаю, что хорош, но в обморок при мне раньше не падали, — откровенно смеётся мне в лицо, удерживая за плечи, что бы я реально не свалилась к его ногам.

__________________

Александр

Когда Лера начинает терять сознание, я, кретин, принимаю эту реакцию на свой счёт. Поэтому несу сейчас эту чушь.

Инстинктивно вцепляюсь в её плечи, что бы девчонка не рухнула на пол.

И только взглянув на неё, понимаю, что она белая как мел. Губы потрескались и очень сухие.

Прислонив свои губы к её лбу, резко отстраняюсь.

Да у неё жар!

Она просто пылает.

Сердце пропускает удар и принимается колотить по рёбрам с такой силой, что я отчётливо слышу этот стук в ушах. Меня самого сейчас за пару секунд бросает в пот и в дрожь.

Твою мать, Саня, прекращай тупить!

Вернув себе самообладание, подхватываю Леру на руки, на её лице появляется гримаса боли. Тихо стонет.

На мгновение приоткрыв глаза пытается что-то сказать. Из-за шума в ушах не могу разобрать, только вижу, как медленно шевелятся её бледные губы.

— Са…с…саш, бо…ли…т…

Твою мать.

Как же херово, когда не знаешь, как помочь человеку, которому плохо.

Бегу по коридору до медпункта.

Пиздец… Кто придумал размещать кабинет медпункта на третьем этаже.

Взлетаю по лестнице так быстро, что не помню, как оказываюсь у медпункта.

Кое как открыв дверь, врываюсь в кабинет без стука.

Хорошо, что медработник на месте. Поднимает на меня глазища, и тут же переводит взгляд на Леру. Без слов указывает на кушетку, стоящую у стены. Подскакивая со своего места, и быстро направляется к нам.

— Что с ней? — взволнованно и громко произношу я.

Елена Сергеевна, принимается быстро осматривать Леру.

Как только Марковская оказывается лежащей на кушетки, сознание возвращается к ней.

Распахнув глаза, быстро озирается и пытается встать. Резкая боль не дает это сделать и Лера, сворачивается клубочком на кушетке.

— Где болит? — отпихнув меня, Елена Сергеевна склоняется над ней.

— Живот…

— Где? Здесь? — слегка надавливая, прижимает руку к правому боку.

— Аай… — Пронзительный крик наполнят кабинет. Лера зажмуривается так сильно, что из глаз начинают течь слёзы.

— Когда появилась боль?

— Ближе к обеду…

— Тошнота? Головокружение? Диарея?

— Да, — всхлипывая, отталкивает от себя ладони Елены Сергеевны.

Меня с головы до ног окатывает ледяной дрожью. Меряю кабинет большими шагами в попытке успокоится. Запускаю ладони в волосы и тяну их в верх. Даже чувство боли не может привести меня в порядок.