Книга Головолом, страница 150 – Максим Сабайтис

— Значит, я не ошиблась, — уверенно констатировала дама. — Уже хоть какой-то прогресс.

Робот-ассистент, повинуясь какой-то команде со стороны ловко подкатился к незнакомке. В одной из распахнутых ниш его белоснежного корпуса обнаружился небольшой медицинский инъектор.

— Я забралась в самую дырявую дыру этого города не для того, чтобы подходящий мне человек отказался выпить со мной по такой несущественной причине. Прикладываешь к шее, нажимаешь кнопку. Пару минут, пока работает химия, так уж и быть, подождем.

В какой-то другой день у Диал-Апа не возникло бы даже мысли о том, чтобы протянуть руку к инъектору.

— А сейчас сиди тихо, поменьше двигайся, но выбирай из местного меню пойло позабористее.

С этой женщиной было совершенно невозможно спорить. Она лишь посмотрела в глаза своему собеседнику, а тот отчего-то вспомнил про удавов. Несчастных голодных удавов, которых вживую ни разу не наблюдал.

— А зачем…

— Матильда, — прервала его дама. — Просто Матильда. С утра захотелось узнать, есть ли в городе человек, которому так же хреново, как и мне. Пока что ты самый подходящий кандидат.

— Йохан, — неожиданно даже для себя самого, впервые за полтора года Диал-Ап добровольно назвал имя, которое ему дали родители.

— Знаю, — вздохнула Матильда, отзывая робота с опустевшим инъектором обратно за спину. — Допуск к городской базе данных будет действовать еще девять с лишним часов. Сама не пойму, это дыра в системе безопасности или же небрежно замаскированное издевательство.

Средство Матильды аккуратно перебрало мозги Диал-Апа, устранило неприятные побочные эффекты, а под конец еще и прочистило сосуды от разной дряни. Если бы от лекарства не исходила мощная аура корпоративных средств для элиты, оно с легкостью заменило бы в Подмостках добрую треть всех продаваемых тут стимуляторов.

— Минутку, — попросил Диал-Ап, ощущая противоестественную свежесть и бодрость, распространяющиеся по всему телу. — Надо привыкнуть. Очень резкий переход, а нам еще обратно.

Матильда еще раз посмотрела на мужчину и расхохоталась. Мимика собеседника контрастировала с его внешним видом, отчего возникал крайне комичный эффект.

— Да, — сделав глубокий вдох, ответил Диал-Ап. — Возможно, я тот самый человек. Только кто-то решил, что мне не стоит об этом помнить. Со стороны, в данном случае, виднее чем изнутри.

Матильда понимающе кивнула, скорее в ответ на какие-то свои мысли.

— Я иногда завидую тем, кто не помнит каких-то фрагментов своего прошлого, — призналась она.

Ко входу на площадку со столиками “Буфера” с шумом и гомоном подскочила толпа каких-то подростков: то ли одна из уличных банд, то ли какой-то доброхот высадил в порту беженцев из Саутгемптона. По мере приближения к единственному занятому столику шум от подростков сокращался.

— Это едва ли не самое большое искушение современности, — продолжила дама. — Заглушка для рефлексии, программно-аппаратная индульгенция. Сделал что-то не то и можно не вспоминать. Этакое читерство в стиле сохранения и загрузки для некоторых игр, только сделанное не откатывается назад.

— Не мой случай, — возразил Диал-Ап, заказывая себе агуардьенте. якобы доставляемое откуда-то из-под Сарагосы. — Потому как любая зачистка несовершенна. Вот, к примеру, нынешний случай. Память по нулям, но тело помнит, каждым ноющим нервом. Совесть, как ни парадоксально, тоже помнит — но к ней уже надо прислушиваться, так просто она сама фиг что тебе поведает.