Книга Головолом, страница 9 – Максим Сабайтис

Пока Карлсон соображал, как реагировать на подобное представление Морган успел вытащить из внутреннего кармана сенсорную пластину с фотографией и протянуть ее головолому.

— А вот та, которую тебе предстоит взломать. Как можно скорее и качественнее.

05

Как и все нормальные подростки своего поколения Карлсон жалел своих родителей и страстно ненавидел всех остальных предков. Особая доля ненависти доставалась прадеду, у которого было две собственных машины с двигателями внутреннего сгорания, загородный дом и даже яхта, правда совсем небольшая.

За свою долгую жизнь прадед превратил в дым более трех тысяч тонн бензина — богатство, представить которое Карлсон мог лишь как абстракцию или в виде строчек финансового отчета.

Он еще застал последние следы былой роскоши: родители продавали старую технику на черном рынке, лишь бы свести концы с концами. Когда Карлсону исполнилось семь, его продали в древнюю, но все еще крепкую корпорацию "Сен-Гобен", в начальную школу менеджеров.

Отсев в школе был зверский, три четверти кандидатов вылетали после нескольких лет обучения, зато все это время родителям платили немалые деньги, а его самого держали на полном пансионе.

Карлсон вылетел после девятого класса, уже неплохо разбираясь в жизни, экономике и корпоративной политике относительно чипизации сотрудников. Анонимку, благодаря которой вскрылись его махинации с экзаменационными билетами, он написал из-под левого одноразового аккаунта, выпав при этом из нижних элитарных страт в мир, где подавляющее большинство не умело даже печатать.

Вылетевших на такой поздней стадии обучения немедленно подхватывали компании меньшего размера, Карлсон не стал исключением. В семнадцать лет он получил свой чип, незадолго до принятия закона о переходе с пластиковых паспортов на электронные имплантаты.

В двадцать два, после долгого запоя в компании с головоломом из магрибинских нелегалов Карлсон стал взломанным, два месяца спустя — произвел свой первый самостоятельный взлом, к счастью удачно, поскольку компаньон жертвы взлома все время операции держал палец на курке, а калибр был до того велик, что на ум приходили исключительно фрейдистские интерпретации.

К тридцати Карлсон успел заработать репутацию профессионального головолома, по глупости жениться и от запредельно большой любви развестись, неведомое количество раз быть перепрошитым, дважды — пойманным и перечипованным. Девять раз, за недостатком улик его просто отправляли на сельскохозяйственные работы, вместе с мошенниками, бродягами и бандитами.

За повседневной суетой Карлсон не заметил, как его жизнь превратилась в сплошную ломку. Он ломал других и ломался сам, поскольку сила действия неизменно равнялась силе противодействия.

В его жизнь вошли наркотики, сепаратисты, безумные сектанты и не менее безумные корпоративные политики. Иногда Карлсон просыпался и не мог отделить сон от яви, свои наркотические кошмары от не менее психоделической реальности. Вот почему увидев изображенное на фотографии лицо он лишь лаконично кивнул головой. Серьезный заказ — серьезная работа. Тут не бордель, где можно попросить посмотреть весь ассортимент, причем в разных позах и прикидах.

— Та еще штучка, — прокомментировал Свен, подглядывая в окна расширенной реальности. — С такой маркой чипа я еще не сталкивался, это одна из последних внутренних разработок Корпола. Сам знаешь, нынче нормального мужика в корпоративной полиции днем с огнем не найдешь. Или гомики из обслуживающего персонала или старые пердуны с прошивкой от совета директоров. Помимо обязательного минимума. что лежит в открытом доступе, мои поисковые агенты собрали все, что удалось выкачать про эту марку из черных сегментов Сети или купить у торговцев информацией.